– А что? Действительно похожи.

Ядогава указал на полупрозрачный коричневый купол ортокона:

– У него пять жил, заканчивающихся щупальцами, а у земных наутилоидей, по-моему, чётное количество.

– Ну, всё-таки это не земные наутилусы, здесь может царствовать другой класс симметрий. Но сам факт схожести форм весьма красноречив. Может быть, и остальные морские животные Нимфы близки к земным? Тогда можно говорить и о разумных существах, к примеру, дельфинах или осьминогах. Я прав, Даль Данилович?

– Меня больше интересует, сузит ли это открытие диапазон поисков Вестника.

Если разум Нимфы был представлен дельфинами, каким они сконструировали Вестника? Похожим на них? Или речь идёт о других формах? Иван, что скажете?

Захваченный врасплох Иван вытянул губы трубочкой.

– Мне кажется, нельзя привязывать геометрию «машин судного дня» к облику создателей. Вестник на Толкине был построен существами, похожими на нас. Но его форма далека от человеческой.

– Вы этого не могли видеть, – задиристо бросил Шнайдер. – Толкиновский Вестник не показывал, как он выглядит на самом деле.

– Кокон…

– Форму кокона имело силовое поле, под которым он прятался.

Это же очевидно.

– И сам вселенолёт был похож на веретено. Вселенолёты выполняли иные функции и не были какими-то слугами наподобие рыцарских оруженосцев. Это другой масштаб, не планетарный и даже не звёздный. Вестники свободно летали меж галактиками.

– Какая разница? Аналогия прямая. И у вас всё равно нет доказательств.

– Не спорьте, мальчики, – дружелюбно проговорила Елизавета. – Курт, ты обо всём судишь с позиций человеческой, гуманоидной логики, а мы столкнулись с миром иной логики, выстроенной на ином отношении к жизни, на стремлении к власти любой ценой.

Именно эта логика и привела к глобальной галактической войне, уничтожившей разум во Вселенной.

– Это ещё надо доказать, – упрямо возразил Шнайдер.

– Ну, если судить о деяниях человека, – хмыкнул Посохин, – то люди немало переняли плохого от своих предков, создателей толкиновского Вестника. Во всяком случае, они практически ничем не отличаются, судя по «машинам судного дня».

– Это всего лишь компьютеризированные летающие командные пункты.

– Не совсем так, – вырвалось у Ивана.

Головы присутствующих повернулись к нему.

– Сам же утверждал! – возмутился Шнайдер.

Вересов внимательно присмотрелся к лицу Ивана, которому стало неловко из-за своей несдержанности."

"– Вам есть что сказать, товарищ Ломакин?

– Не уверен…

– Он не уверен! – фыркнул Шнайдер.

– Помолчи, Курт! – с упрёком сказала Елизавета.

Вересов понял колебания молодого человека, поднялся.

– Пойдёмте, поговорим.

В молчании они покинули отсек отдыха и зашли в каюту Ивана.

– Вспомнили? – сказал Вересов.