– И почему тут только одна нимфа млечной медведки?! Это же коллективное насекомое, оно ужасно страдает от одиночества! Вы должны немедленно достать ему подругу.

– Вообще-то я только что ее продал, – огрызнулся центаврианин, с изумлением ощущая слабую тень стыда.

– Надеюсь, вы предупредили покупателя, что ей нужна стая как минимум из трех штук?

– Ага, – соврал продавец, нервно моргнув третьим веком. Медведку у него купили узкоглазые земляне на какое-то мудреное средство для долголетия.

– А тут у вас что? – Полина постучала пальцем по стеклу.

Отсек был пуст – не считая куска коры и веточки странного вида, похожей на фиолетовое перо с черным стержнем.

– Scarabaeus terribilis, – снисходительно ответил продавец (хоть в чем-то эта всезнайка дала маху!) – Леразийский скарабей, крайне ядовитое членистоногое, одного укуса которого хватает, чтобы…

– …убить центаврианина на месте, человека – в течение семи – десяти минут, а леразийца вынудить отбросить пораженную конечность, – обиженно перебила Полина. – Я знаю, кто это. Просто я его не вижу. Тоже продали?

– Что?! – Продавец заглянул в аквариум со своей стороны, разволновался еще больше, обежал прилавок (внезапно оказавшись ниже Полины на добрых полметра – видно, стоял на каком-то ящике) и, отпихнув девушку, прильнул к стеклу.

Потом отважился приоткрыть крышечку и перевернуть веточкой кору, но скарабея и там не оказалось.

Полина наклонилась и заглянула под прилавок. Оттуда на нее с неодобрением уставилась парочка застигнутых врасплох тараканов, однако на домашних любимцев, удравших из-под опеки, они не походили.

– А это был самец или самка?

– Самец, – простонал продавец и, сообразив, куда клонит зоолог, вместе с ней задрал голову к потолку.

"

"Под самой крышей кружилось размытое оранжевое пятнышко. Прислушавшись, Полина различила далекое басовитое гудение и даже сухие щелчки, с которыми жук долбился в красные глазки камер наблюдения.

– Бедненький, – сочувственно сказала зоолог. – Он уверен, что это яичные камеры самок, светящиеся в период спаривания. Самки бескрылы и, достигнув половой зрелости, взбираются на высокие деревья и повисают на изнанке листа, чтобы привлечь внимание партнеров: у них наиболее развито верховое зрение…

– Я знаю, как эти проклятые твари размножаются! – возопил торговец.

 – Надо его поймать, пока он кого-нибудь не цапнул!

– С другой стороны, – меланхолично заметила Полина, любуясь пылким влюбленным, – как только он кого-нибудь цапнет, мы сразу его поймаем. У него очень мощные зазубренные челюсти, которые сложно высвободить из мягких тканей…

Торговец пошел серыми пятнами по зеленому.