— Пу-пум-пум пурум… это невозможно, — ответил адмирал. — Во-первых офицеру нужно пройти все ступени, а их, дайте-ка подумать… их три, если не считать кадета. Лейтенант, лейтенант-коммандер и коммандер. Да, три, как я и сказал."

"Хоть адмирал и выглядел немного чокнутым, регламенты, уставы и уложения похоже впечатались в его мозг так крепко, что никакое безумие не могло изменить в их текстах хотя бы букву.

— Я помню, мои кузены прыгали через эти звания, как блохи верхом на кенгуру, — капризно произнес принц Фроди.

— Согласен, — адмирал кивнул. — Па-па папам-пам-парам… бывают случаи внеочередного повышения.

Но! Начинать все равно положено с лейтенанта. Потому что, во-вторых, офицер должен сперва получить патент из рук короля. Итак, вашему парню нужен патент от короля Йона.

— Дедушка давно умер, — сказал принц.

— Правда? — удивился адмирал.

— Ещё один момент, — вмешался в их спор незнакомый Ивору человек. — Офицером, согласно положению, может быть лишь дворянин.

Табличка рядом с говорящим утверждала, что это министр юстиции Франк Хэген.

И адмирал и министр были правы. Настоящими офицерами на Барти могли быть только дворяне.

И это стало законом не просто так. Помимо присяги королю и фамилии, которую каждый дворянин приносил при совершеннолетии, аристократия сама по себе являлась частью монархического государства, плоть от плоти его. В теории офицеры защищали своё, родное, а не являлись приглашенными специалистами, как прочий военный персонал.

Аристократы служат, наемники работают. Вот в чем разница. В служении королю. Поэтому и офицерский патент выдавал лично король. Для этого даже не обязательно было проходить обучение в Академии.

Некоторые просто стажировались в войсках. Дворяне оставались на службе столько, сколько потребует король и не получали платы за службу, даже экипировку приобретали за свой счет. Конечно, им было проще. Семья любого из аристократов владела имением с постоянным доходом.

Другое дело служащие по контракту. Их нанимало военное министерство. Контракт ограничивал как время службы так и обязанности. Специалист мог быть местным уроженцем, или уроженцем любого другого мира, поэтому ему и доверяли не так, как офицеру.

Он не принимал серьезные боевые решения. Такое разделение было логичным и проверенным временем.

— Так давайте возведем его в дворянство, — предложил принц.

Ивор вздрогнул. Входить в эти воды ему был боязно. К счастью и здесь закон не имел двойного трактования.

— Это привилегия короля, — возразил министр юстиции. — То есть особы коронованной в соответствии с нашими законами, но никак не принца-местоблюстителя.

— Любезный у нас война, — произнёс тот, в ком Ивор узнал королевского шута Маскариля.