Не сомневаюсь, что он отметил этот факт, но смущать меня больше не стал.

В отличие от Маруськи. Хулиганка в белоснежном кружеве на бешеной скорости пролетела мимо нас, в центре просторной гостиной резко остановилась и закружилась, заставляя платье взлететь невесомым облаком вокруг стального брюшка. Очень симпатичного и довольно мигающего всеми лампочками, надо сказать.

— Я прекрасна! — выдала она с чувством, а затем полетела вглубь квартиры, откуда завопила: — Да я само совершенство! Идеальная! Неподражаемая и великолепная!

Бросила заинтригованный взгляд на мужчину.

— В гостиной и гардеробной стены–зеркала, — пояснил он. — Я как–то оставил её здесь на месяц, вернулся и не узнал собственную квартиру.

— У Маруси превосходный вкус, она разбирается в моде и наверняка предварительно изучила все нюансы, она у нас девочка ответственная, так что не жалуйся. Уверена, что она превратила неуютную берлогу в оплот стиля и удобства."

"— Ты всегда её защищаешь, — пожурил Дамир, опускаясь в кресло у панорамного окна с чудесным видом, до которого никому не было дела. Да и как смотреть в окно, когда тебя бессовестно усаживают на колени, обнимают крепко, словно фиксируя.

Будто я собиралась сбежать! Очень смешно.

— Девочки вынуждены выступать единым фронтом против мужского произвола, — проговорила с достоинством.

Несмотря на важное заявление, я устраивалась поудобнее в объятиях любимого мужчины и наслаждалась этим самым произволом по полной, не собираясь смущаться.

— Да–да! — завопила Маруська из коридора, затем появилась в проходе, чтобы развить мысль дальше, но, увидев нас, застыла. — Ой. А я пойду, наверное, в спаль… в кухню, у меня там ещё проды не читаны.

— Что не читано? — не понял Дамир.

— Цикл научных статей про нанотехнологии, дошла до раздела «Продукция наноиндустрии», там много подразделов, — без запинки выдала кофемашина явно заранее заготовленную на случай прокола версию.

— Изучай, прекрасная тема.

— Мне тоже нравится, — важно подтвердила Маруська и выплыла, оставив нас наедине. Но, не успели мы вернуться к разговору, вернулась. — Я пока перезагружу динамики, так что если буду вам нужна, будьте любезны уведомить по внутренней связи.

— Ты — сама деликатность, — стараясь не смеяться, произнёс Дамир.

— Я такая, да. Ну всё, меня не беспокоить.

Мы не выдержали и расхохотались. Очаровательная и непосредственная кофемашина не изменяла себе: наплела с три короба, смутила, вытребовала комплимент и сбежала к любимой коллекции дамских романов, радуясь, что мы не станем отвлекать её разными человеческими глупостями.

И вместе с тем она позволила мне адаптироваться. Привыкнуть к мысли, что я могу вот так просто сидеть на коленях любимого мужчины, касаться его, дышать ароматом его кожи.