Зато пир удался! Хорошо отгуляли, в городе о том только и разговоров.

– Да уж, на торгу только и говорят что об обручении Ксении с молодым князем, – подтвердил я.

Демьян довольно улыбнулся.

– Я чего к тебе заехал-то…

Я насторожился.

– Помнишь, ты предсказания свои поведал?

– Помню, боярин.

– И что ты дьяком какого-нибудь приказа хотел стать?

– Кто же не хочет подняться?

– О! Считай, что тебе повезло!

– Пока не чувствую.

– Боярыня Собакина на пиршестве у меня глаз на тебя положила. С супружницей моей поделилась, говорит – мужчина видный собой, весёлый – песни-то как певал да плясал – и одинокий.

– А боярыня?

– Так она уж давно вдовица. Муж её, Тимофей, уж лет десять как погиб. Мы тогда с ним в одном походе были, супротив татар. Вот в бою он голову и сложил.

– Не пойму только, в чём счастье.

– Экий ты тугодум, просто удивительно, как иногда быстр умом бываешь. Ну что тут непонятного? Ты на ней женишься – на боярыне Собакиной, и сам становишься боярином по праву владения. Угодья у неё обширные, богатые.

Я опешил.

– А какая она хоть собой?

– Обыкновенная. Да что тебе с ней – детей заводить? Ты звание боярское получаешь, тогда и я тебя продвинуть смогу. Дело верное! И двигаться вверх мы должны вместе, помогая друг другу. Но!

Демьян поднял толстый волосатый палец вверх.

– Двигаться медленно и осторожно, всё делать обдуманно, загодя мозгуя.

– Демьян Акинфиевич! За заботу спасибо, но, честно говоря, жениться мне не хочется.

– Понимаю, дело молодое, за девками ещё поволочиться охота. Так одно другому не помеха, – подмигнул Демьян.

– Да я ведь её даже не видел!

– Эка беда! Съезди, да посмотри.

– Куда?

– На кудыкину гору, – разозлился наместник. – В своём имении она живёт, в трёх вёрстах от города, село такое есть – Собакино! Неуж не слыхал?

– Слыхал, – промямлил я, соврав, чтобы ещё больше не разозлить боярина.

– Ну, я тебе сказал, ты думай! А я пошёл – некогда мне.

Демьян простился и вышел.

Ну ни фига себе попал. Только с Дарьей расстался, не отошёл ещё, а меня хотят женить, причём не особо интересуясь – нравится ли мне женщина и хочу ли я стать боярином. Ну, в том, что стать хочу, Демьян и не сомневался. Сам алчный до власти, он не допускал и мысли о том, что я могу не хотеть властвовать. Потому и тянул за собой, желая иметь поближе надёжного служивого, а в будущем – приказного или думного дьяка. И не о моём благополучии он печётся, а о верных людях на нужных местах.

Действительно, не он тугодум, а я. Может, с Ксандром посоветоваться насчёт боярыни? Кстати, давно не видел друга, всё дела…

Нет, жениться я решительно не хочу, и чёрт с ним, с боярским званием. Тем более – ехать за Демьяном в Москву впоследствии я не собирался.