Самый худший вариант – атипичное течение болезни. Когда случай рядовой, как из учебника, диагноз ставить легко, и процесс лечения идёт, как правило, по накатанному пути. Но встречаются и нетипичные проявления болезней.

Мне сразу вспомнились два случая, ещё из той, моей прежней жизни.

Женщина жаловалась на боли в области печени, ультразвуковая диагностика ничего существенного не показала, а анализы крови выявили воспаление. Консилиум врачей к единому мнению не пришёл, решили понаблюдать. А вечером, на моём дежурстве, состояние пациентки резко ухудшилось. Пришлось на свой страх и риск оперировать. И что же выяснилось? Длинный аппендикс шёл от слепой кишки вверх, заканчиваясь у жёлчного пузыря. Он и давал сильные болевые ощущения в области в общем-то здоровой печени! Во время операции нагноившийся отросток лопнул при удалении в моих руках. Женщину тогда удалось спасти.

Второй случай тоже казуистический. Молодому парню в драке на дискотеке ударили в ягодицу шилом. Он явился на приём, поскольку ранка подгнаивалась. После чистки ранку заклеили пластырем и, назначив лекарства, отпустили домой. А через трое суток парня в тяжелейшем состоянии доставили в отделение с перитонитом. Оказалось, длинное жало шила прошло через отверстие в костях таза и повредило брюшину, внеся инфекцию. Срочная операция помочь уже не смогла, наступил летальный исход.

Вот и теперь, осмотрев больную, я надолго задумался. Сердце прослушал – ритм правильный, перебоев нет, одышки при ходьбе нет. Вероятнее всего – не сердце причиной. Опухоль в животе не может достичь таких гигантских размеров, больная бы раньше умерла, к тому же при опухолях в терминальной стадии пациенты истощены. Живот не плотный, бугристый, как при опухолях. Чем больше я размышлял, тем больше склонялся к мнению, что в животе – осумкованная жидкость. Единственное, что смущало – размеры. Просто гигантские. У женщины вариантов вылечиться с помощью лечения травами просто нет, надо делать операцию. О чём я со всей откровенностью и сказал купцу, отозвав его в сторонку.

– А обойтись без ножа никак нельзя? – сокрушённо спросил купец.

– Нельзя, Михаил. Больше скажу – в исходе я не уверен.

– Не уверен – не берись, – начал сердиться купец.

– Тогда погибнет жена в муках.

– Значит, ты на меня решение возлагаешь? Ты же лекарь!

Как же мне знакомы такие колебания! Дать согласие на операцию с возможным смертельным исходом – это дать шанс больному на жизнь, а не вынести приговор! И решает это близкий человек, а не лекарь. Но как же тяжёло даётся такое решение! Бывало в моей практике – просили меня подождать, надеясь на чудо, но драгоценное время таяло, как шагреневая кожа.