Лизон прикинулась тихой, робкой, пошли они с Афанасием в парк погулять. А потом он примчался чуть ли не в слезах ко мне:

– Вели этой бабе никогда мне больше не звонить, она целоваться полезла.

Между прочим, ему тогда к тридцатнику подкатывало. А кто так себя ведет? Или монахи, или геи. В Бога Фаська ни на копейку не верил. Что осталось?

– Надеюсь, сейчас появится человек, который объяснит, почему Афанасий шарахался от женского пола, – пообещал Костин и взял трубку.

– Олег, приведи свидетельницу.

– Чего? – оторопел Сергей."

"Ответить Володя не успел, дверь открылась, в переговорную вошла Жестянкина, которая ради такого случая нарядилась в платье цвета ментолового леденца, который набили усилителями вкуса, красителями, и поэтому конфета приобрела такой зеленый цвет, что глаза режет. В комплекте к платью шли ядовито-розовые туфли и пожарно-красная сумочка.

– Клавдия? – не поверила своим глазам Алевтина. – Что ты здесь делаешь?

Бывшая домработница Кирпичниковых проигнорировала ее вопрос и села на стул.

– Кто и зачем ее сюда позвал? – занервничала Рита. – Сейчас начнет клеветать на меня.

– Клавдия, можете рассказать то, что сообщили мне во время разговора у вас дома? – попросила я.

Жестянкина откашлялась.

– Я домработницей у Кирпичниковых служила. С виду семья приличная, а на самом деле…

Клава махнула рукой.

– Сергей по бабам бегал, Алевтина изображала, что ни о чем понятия не имеет. Ясно, почему она такую политику проводила. Если начнет Сергея, как бревно, перепиливать, может мужика лишиться. Я видела, как ей охота с порога супругу вмазать. Но хозяйка идеально владела собой, разговаривала ровным голосом, замечаний никаких не делала, денег не просила. Идеальная жена. Однажды Сергей Леонидович отбыл в командировку, Алевтина по хозяйству хлопотала. Я в буфете фужеры перетирала. И тут звонок в дверь. На пороге девушка, хорошенький розовый персик, спрашивает:

– Кирпичникова дома?

Я ее отвела на кухню. Хозяйка что-то резала, готовила. Девица, здрассти не сказав, с места в карьер поскакала.

– Меня зовут Варя. Мы с Сергеем хотим пожениться, уйди в сторону.

Может, хозяйка и растерялась, но ответила без нервов:

– Варвара, мой супруг любит только меня, свою жену. От вас он на неделю голову потерял.

Ну и начался у них разговор, мне неудобно стало. Законная баба с любовницей отношения выясняют, домработница тут зачем? И бочком-бочком я отправилась убирать. Оттираю грязь в комнате, а в кухне ругань стоит, вопли. Похоже, у хозяйки ее бесконечная терпелка лопнула. Потом вдруг тишина и голос Алевтины:

– Боже! Помогите!

Я кинулась на зов, влетаю в кухню… Господи! Варя мертвая на полу. Вся в крови. Рядом с трупом Афанасий. Весь в крови! Он держит здоровенный нож. Алевтина стоит около окна. Вся в крови.