Дескать граф Кротовский должен уметь выпутываться из любых самых неожиданных ситуаций.

Начиналась анкета стандартно: имя, возраст, образование, а вот дальше шли вопросы очень специфические. «В каком возрасте вы переселились в этот мир?», «сопровождался ли переезд переносом сознания в другой тело?», «обладаете ли вы магией? Если обладаете, то какой?», «приблизительно укажите, какому веку этого мира соответствует технологический уровень вашего родного мира?». И тому подобные вопросики, вплоть до такого, где я должен перечислить законы, традиции, нормы и правила поведения родного мира, входящие в противоречие с местным законодательством и культурой'

Отодвинув от себя анкету, поднялся и вернулся в соседнюю комнату, где патлатый бацал по клавишам, а Катя просто сидела на подоконнике.

— Кать, а это все серьезно? — спросил я мрачно.

— Если ты про анкету, то да. И сразу даю совет, лучше не врать. Инквизиторы все равно докопаются до правды.

— А они кто вообще такие, эти инквизиторы?

— Специально обученные аборигены этого мира, которые знают, что мы пришельцы из других миров.

— Да, но я не совсем…

— Макс, я ж говорю, лично я тебя пытать не буду. И даже не стану читать твою анкету. У нас этого не принято. Но перед инквизиторами лучше быть честным.

— А если я не стану заполнять? Просто пойду? Поищу другое место работы?

— Поискать другое место работы можно, — ответила Катя, — Но от инквизиции тебя это не спасет. Ты засветился. Хочешь совет?

— Давай.

— Просто заполни чертову анкету и прими, что есть правила игры. Ничего страшного в этом нет. Ты ведь и сам привык косить под аборигена и не делать ничего такого, что может тебя выдать. Так?

— Так.

— Ну вот. Для тебя ничего особо не изменится.

Сказать, что я зол на тетю Еву, значит ничего не сказать. Но брыкаться поздно. Вздохнул и пошел заполнять анкету. Когда закончил, еще раз вернулся к Кате и протянул листки.

— Ну вот и чудно, — она спрыгнула с подоконника, — Кстати, знакомься, это Додя.

— Не Додя, а Давид Амврелиевич, — вскинулся юноша.

— Да-да, извини, Додя, — неискренне повинилась Катя, — Ты Давид Амврелиевич, незаконный царский отпрыск… пошли, Макс, в кабинет, поболтаем, а то видок у тебя какой-то слегка затравленный… ты вообще не знал, куда идешь?

— От слова совсем, — признался я, снова возвращаясь на посетительский стульчик в Катином кабинете.

— Это кто ж тебя так подставил?

— Тетя.

— А, понимаю. Родня — это зло. Мне из родного поместья пришлось бежать из-за дяди.

Я не стал объяснять Кате, что тетя Ева мне не родня, и, что у нее в принципе не может быть намерения меня подсидеть.

— Кать, а здесь весь холдинг такой? Из иномирцев? — я крутанул указательным пальцем, как бы очертив все двенадцатиэтажное здание.

— Весь, — подтвердила она, — Кого тут только нет.