– Как еще мы смогли бы вознести Тони, если бы он не был жив?

У меня упало сердце, и я выпустила ее руку.

– Ты лжешь.

– Зачем мне об этом лгать?

– Потому что Вознесшиеся всегда только лгут!

– Ты же знаешь, Тони с нетерпением ждала Вознесения. – Она поднялась на колени. – Она пришла в восторг, когда я сказала, что королева подала прошение богам, чтобы сделать исключение и вознести ее. Я отослала ее в столицу. Королева сделала это для тебя. Я рассказала ей, как вы с Тони близки.

– Заткнись.

– Она хотела, чтобы тебе было комфортно, когда ты, ее родная внучка, вернешься домой…

Герцогиня увидела мою руку и вытаращила глаза.

– Что это? – Она подалась вперед, схватила меня за левое запястье и уставилась на золотистый завиток на ладони. – Отпечаток. Ты замужем.

Я выдернула руку, а она со смехом откатилась назад.

– Ты вышла замуж? За принца Атлантии?

Она подняла на меня непроницаемо черные глаза и широко улыбнулась, открывая клыки на верхней и нижней челюстях.

– Если бы я знала, ничего этого не понадобилось бы. Ты. Рожденная из плоти и огня. Как обрадуется королева, когда узнает, что ты добилась того, чего так и не удалось ей. Отняла Атлантию у них, у нее. Наша королева будет так гордиться…

– Заткнись! – рявкнула я. И вогнала в ее грудь клинок из кровокамня.

Глаза герцогини Тирман лишь слегка расширились от удивления. Я поймала ее взгляд и держала кинжал, пока ее кожа не пошла трещинами, пока свет в ее глазах не померк, а тело не осыпалось вокруг кинжала с клинком из кровокамня и рукояткой из кости вольвена.

Я не чувствовала ничего, кроме внезапного холода, пока наблюдала, как герцогиня Тирман обращается в прах.

Я повернулась.

За дверью стоял Кастил. Черты его лица обострились в лунном свете.

– Ты меня опередила.

– Да.

Минул долгий миг молчания.

– Она тебе что-нибудь сказала?

– Нет. – Я тяжело сглотнула. – Она ничего не сказала.

– С тобой все хорошо?

Я кивнула.

– А с тобой?

Кастил ничего не ответил. Звуки битвы отдалялись, и я нерешительно открыла чутье. Его эмоции бурлили, как водоворот, и даже мне было трудно в них разобраться.

– К экипажу никого не подпускать, – сказал он кому-то и забрался внутрь. Потолок оказался достаточно высоким, чтобы Кастил мог стоять. – Меня сейчас раздирают противоречия.

– В самом деле?

Он кивнул, и дверца за ним закрылась.

– Я в ярости от того, что ты угрожала лишить себя жизни. От того, что вообще помыслила, будто это подходящий вариант.

– А что еще я могла сделать? – возмутилась я, опустив кинжал. – Они…

– Я еще не закончил, принцесса."

"Я вскинула брови.

– По-твоему, меня волнует, закончил ли ты?

По его губам скользнула тень улыбки.

– Я вне себя от того, что ты могла сделать что-то подобное.