— Амрена…

— Не делай этого, — послышался сзади умоляющий мужской голос.

К нам подошел Вариан. Он тяжело дышал, вытирая пот со лба.

— Как гончий пес… унюхал мой след, — усмехнулась Амрена.

— Не делай этого, — повторил Вариан.

— Освободи меня, — потребовала Амрена, не обращая внимания на его просьбы. — Дай мне все это закончить.

Я замотала головой:

— Ты же сказала, что исчезнешь. Или перестанешь нас узнавать. Прежней Амрены уже не будет.

Амрена слегка улыбнулась мне и Вариану:

— В моем мире тоже были люди. Знали бы вы, сколько бессчетных тысячелетий я наблюдала их жизнь. Я видела их любовь и ненависть. Жестокие и бессмысленные войны и тяжело достающийся мир. Они строили жизни, строили миры. Мне этого… никогда не позволялось. Я была создана для другого и выполняла совсем иные приказы. Я могла лишь смотреть на ту жизнь. И когда я появилась здесь… я совершила первый своевольный поступок. Невероятно долгое время я думала, что меня наказали за невыполнение отцовских приказов, за проявление собственных желаний. Я считала этот мир тюрьмой, куда меня заперли за неповиновение.

Амрена сглотнула.

— Но я думаю… отец даже не догадывался. Он не знал, что вызывают во мне наблюдения за любовью, ненавистью и прочими делами людей. Появление бреши между мирами было для меня не наказанием, а… подарком.

Ее глаза вспыхнули.

— Это был подарок… Время, проведенное с вами. Я говорю про всех вас. Это был настоящий подарок.

— Амрена… — Вариан упал перед нею на колени. — Я умоляю тебя.

— Передай верховному правителю, пусть поставит на стол кружку в память обо мне, — тихо сказала она.

Мое сердце переполнила боль расставания с Амреной.

— Передам, — ответила я, крепче сжимая кромку Котла.

Амрена повернулась к Вариану и как-то странно ему улыбнулась:"

"— Больше всего мне нравилось наблюдать за человеческой любовью. Я видела их поступки, но не понимала, как это происходит и зачем… Благодаря тебе я поняла. Наверное, это был прощальный подарок для меня.

Душевная боль перекосила лицо Вариана, однако он больше не делал попыток удержать Амрену.

Она повернулась ко мне. Теперь ее слова звучали у меня в мозгу: заклинание, которое я должна была обдумать, прочувствовать и произнести. Я кивала.

— Когда я освобожусь от этой оболочки, не вздумайте бежать, — предупредила нас Амрена. — Это привлечет мое внимание.

Она протянула мне свою детскую ручку:

— Фейра, я рада, что мы встретились.

Я улыбнулась и поклонилась ей:

— И я, Амрена, тоже рада.

Сжав мою руку, Амрена прыгнула в Котел.

Это было сродни сражению. Я произносила слова заклинания так, будто вела поединок с неведомым противником. Руку я держала наполовину погруженной в Котел. Амрена скрылась в темной воде, заполнявшей его.