В десяти-двадцати километрах от границы перестают работать компасы, фотоаппараты, камеры, электронные системы слежения. Даже если идешь по солнцу или звездам — чуть отдаляешься от гор, и все, начинаешь ходить по кругу. Территорию Песков не видят спутники, там прекращают работать листолеты, причем не только со стороны Рудлога, но и со стороны Йеллоувиня, и от границы с Эмиратами тоже. Через горы-то их не протащить, поэтому пробовали со стороны Тайтаны — планируют на песок и глохнут. Пытались на внедорожниках — от блуждания не спасает. Та же история и с морем, побережье там не скалистое, преимущественно песчаное, с южной стороны коралловые массивы, но достаточно места для безопасного подхода судов на северном участке.

А за пять-шесть километров до береговой линии автоматика сходит с ума. Пробовали останавливаться вне аномальной зоны, подплывать на катамаранах или весельных лодках. Берега достигали, проходили с десяток километров далее, за старые соляные выработки, и все, снова блуждания.

Около двадцати лет назад была массовая международная экспедиция, более трехсот участников, — Федотов увлекся и начал размахивать руками, как всегда, когда отвечал у доски, и Света осторожно отодвинула от него чашку, — в старых источниках говорится о том, что там раньше были города, уникальная цивилизация, мифы так вовсе говорят о летающих ящерах.

— Почему мифы? — оскорбленно сказала Света. — Ты разве не видел кадры с драконами в Иоаннесбурге? И старшую Рудлог — писали ведь, что похитил дракон."

"— Под мифами я подразумеваю непроверенные предания, сказки, — отмахнулся Сережка, — тем более, что двадцать лет назад никто не думал, что драконы — это реальность.

Но представь себе добраться до этих городов — это же прорыв будет в географии, истории, это же целый археологический пласт, неисчислимое богатство! Вот и решили объединить усилия, раз поодиночке не получается. Разделились на тридцать команд и решили двигаться цепочкой — каждая последующая группа держит на виду предыдущую, последняя ориентируется на горы. Прошли на сорок километров внутрь — и далее идет мистика пополам с ужасами. Из записей тех, кто вернулся, следует, что первые группы стали отклоняться на север, хотя должны были идти прямо на восток, пока не вернулись почти к горам и линия экспедиции вместо прямой не изогнулась дугой. Появились миражи, скрывающие впереди идущие группы, и начались пропажи. На ночь становятся лагерями — виден костер преследуемой команды, утром просыпаются — нет и все тут, и следов нет, как и не было никого. Несмотря на то, что к каждой группе был приставлен маг-менталист для снятия мороков и защиты. И днем не легче: группа идет прямо, а следующим за ней кажется, что сдвигается, меняют курс за ней — и уходят от маршрута.