Не дай бог отниму у граждан любимую забаву, и они пойдут на королеву войной. У нас и так на улицах неспокойно! Поэтому задумала разъяснительные буклеты, в которых советовала подойти к кровопусканиям с умом и ограничиться небольшим количеством.

Перед коллегией врачей выступать не решилась. С медиками связываться без соответствующего образования – себе дороже. Вежливо разорвут на кусочки, вернее, на перевязочные материалы… Поручу-ка я это дело Нонниусу! Потерла руки, ехидно улыбаясь – пусть королевский лекарь отдувается.

Потом разбирала с Роджером скопившуюся переписку, а с девочками – гору подарков, присланных придворными в честь моего чудесного спасения.

Последующий ужин прошел скромно и тихо. Все развлечения из-за ранения лорда Дадли я отменила. Наконец вернулась в покои, собираясь перед сном еще раз проведать Роберта, так как Поль Нонниус прислал записку, в которой извещал, что у больного началась лихорадка.

Когда уже направлялась к Роберту, столкнулась в дверях с Уильямом. Он держал в руках пачку бумаг. Увидев на верхнем листе бурые пятна, похожие на засохшую кровь, почувствовала привычную тошноту и слабость в ногах.

Не слишком ли я чувствительна для этого безжалостного века?..

– Всем выйти, – приказала фрейлинам. – Да, кликните Роджера, он в приемной. Затем закройте двери и никого не впускайте, даже если случится война с Испанией.

Я кусала губы в нетерпении, дожидаясь личного секретаря. Схватила веер с павлиньими перьями – подарок герцога Норфолка, очередного ухажера. Роберта на него нет, быстро бы приструнил! Наконец Роджер занял место за столом. Мужчины были в черной одежде, с насупленными бровями и, казалось, осунувшиеся и похудевшие за этот день.

– Вы ведь знаете, кто стоит за покушениями, – уверенно произнесла я, чтобы заполнить повисшую тишину. Уильям кивнул:

– Убийца заговорил. Его зовут Гильермо Джако. Он выложил все, что знал, в обмен на помилование, которое вы подписали. Елизавета, я бы на вашем месте передумал и отрубил ему голову. И не только ему…

– Кому еще, Уильям? – устало спросила я. – Не томите! Потом будем решать, что делать с головами.

Он покусал губы и назвал имя. Я чуть было не выронила веер, который сжимала в руке. Не может быть! Принялась нервно ощипывать роскошные павлиньи перья, чувствуя, как к щекам прилила кровь, отлившая от сердца.

Но тогда… тогда не стоит терять ни минуты!

– Что же мы сидим и разговариваем?! Почему он не арестован?

– Я жду вашего приказа. Может, вы сразу его помилуете, вместо того чтобы арестовать, – криво ухмыльнулся государственный секретарь. Ясно… Значит, все еще сердится на то, что я выпустила убийцу. Покачала головой, улыбнулась и произнесла:

– Ничего подобного. Фас, Уильям!

– Я не расслышал, – усмехнулся он.