Туда уже направлен отряд, но я подозреваю, что они либо провели нас с местоположением, либо к тому времени, когда туда доберутся наши люди, они будут уже далеко.

У Бенедикта такой вид, будто ему безумно хочется что-нибудь разбить.

– Уходите, – прорычал он, и мужчины немедленно собрали свою технику.

Даже Эрис не стала возражать. Она лишь на мгновение положила ладонь ему на плечо, проходя мимо, пробормотала что-то и последовала за своими людьми к двери покоев.

– Ты тоже, – рявкнул на меня Бенедикт, едва за ними закрылась дверь.

Сглотнув, я встала с кресла, но не сдвинулась с места.

– Прости, – честно сказала я. Без понятия, за что именно я извинялась. За своих родителей. За свой провал, несмотря на то что я действительно старалась. За его боль. За страх Лиры. За… просто за все.

– Вот как? – фыркнул он. – У тебя была одна задача, Флоренс. Одна-единственная!

Его обвинения застали меня врасплох. Он ведь сам только что слышал, как я бросила вызов родным. Как старалась ввести их в заблуждение, чтобы как можно дольше продержать отца на телефоне и дать им возможность засечь локацию.

И после этого он все равно меня упрекал?

– А что еще я должна была сделать? – раздраженно поинтересовалась я.

– Вернуть ее! – гневно закричал Бенедикт и решительно шагнул ко мне: – В конце концов, это из-за тебя ее вообще похитили! Проклятье, да все мои проблемы из-за тебя, Флоренс!

БЕНЕДИКТФлоренс вздрогнула, как будто я ее ударил. А ведь я просто бросил ей в лицо хренову правду. Просто последствия ее поступков. И она, черт возьми, не имела никакого права выглядеть такой пораженной.

Разговор с ее отцом до сих пор эхом отражался у меня в голове, но у меня не получалось сформулировать ни единой четкой мысли.

Это было по-настоящему? Или это часть их плана? Сейчас меня даже не заботили ответы на эти вопросы. Отчаяние затопило каждую клеточку моего тела, такое ощущение, что я задохнусь в нем, если не выплесну эмоции. Слишком много тревоги за Лиру. Слишком много страха не справиться. И злость на весь мир, но особенно на Флоренс.

Она задрала подбородок, во взгляде – намек на решимость. Этот жест выглядел неуверенно и одновременно внушал опасения.

В чем бы ни заключался ее план, она еще не закончила. Не закончила со мной. Она будет и дальше пытаться достичь своих целей. И это, наверное, должно пугать меня больше, чем все остальное, ведь я на собственном опыте убедился, на что способна эта женщина. Мне постепенно начинало казаться, что она мне не по плечу.

– Я ничего этого не хотела, – дрожащим голосом произнесла она, и моя злость сразу попыталась превратиться в жалость. В который уже раз во мне зашевелилась та часть, которая хотела ей верить.