– Но… но ведь не такой ценой! – Что это вообще значит? Что он готов пожертвовать невинными?

– Не мы устанавливаем правила, – жестко отрезал он. – Их устанавливает твой король.

– Бенедикт старается защитить людей! А у вас все равно есть выбор, как реагировать на обстоятельства! Нельзя просто взять и скинуть с себя всю ответственность!

– Флоренс, ты впустую тратишь свое время. И мое.

Не веря своим ушам, я покачала головой. Как он мог говорить такие вещи?

– То есть вы просто отбросите мое мнение, как будто оно ничего не значит? Как будто я ничего не значу? Вот что вы подразумеваете под семьей?

– Как я уже говорил, необходимо идти на жертвы.

Мы изначально понимали, что можем тебя потерять. Только думали, что будем при этом менее разочарованы.

К глазам подступили слезы. Сморгнув их, я тщетно искала слова. Должна же существовать какая-то возможность их образумить! Когда-то ведь они мне доверяли, черт побери. Хотя… судя по тому, что сказал мне Валь, весьма вероятно, никакого доверия никогда и не было. И я всегда была не более чем средством достижения цели.

Необходимо идти на жертвы.

У меня перед глазами опять всплыло безжизненное лицо Бенедикта.

Я почувствовала кровь Валя у себя на ладонях. Это не просто сон. Таким способом подсознание говорило мне, что родители не остановятся ни перед чем. Что их цели не знают границ – ни моральных, ни личных. И мне пора уже научиться это принимать.

В поисках помощи я повернулась к Эрис, однако она, похоже, вообще про меня забыла. Все ее внимание сконцентрировано на экранах, а один из мужчин безостановочно и с огромной скоростью печатал что-то на клавиатуре. Чем они там занимались? Вряд ли дословно записывали наш разговор, тем более что я сейчас молчала.

Что мне тогда сказала Эрис? Постараться поддерживать разговор как можно дольше…

Бенедикт снова сжал мое плечо. Подняв голову, я встретилась с его подозрительным взглядом. И наконец до меня дошло, что тут происходит. Они пытались отследить звонок, видимо, чтобы вычислить местонахождение моих родителей. А как только у них получится…

Бенедикт нахмурился, и на долю секунды у него в глазах вспыхнул страх. Он догадался. Увидел, что я поняла их намерения.

С каждой секундой разговора с отцом я подвергала родителей все большей опасности.

Можно сделать так, чтобы он положил трубку, и спасти их, но…

Это будет неправильным решением.

– Где Лира? – сменила тему я.

– С ней все хорошо, – уклончиво откликнулся папа. – Пока. Пока твой король будет исполнять наши требования.

Я не торопилась с ответом, хотя у меня внутри все болезненно сжалось.

– И что же это за требования?

– У него есть месяц, чтобы принять закон, освобождающий народ от обязанности сдавать кровь. Также мы требуем немедленного равенства перед законом.