Извлеки, моя дорогая, пользу из неудачи и постарайся быть счастливой в этой новой жизни. Я уверена, у тебя все будет хорошо.

Софи опустилась на колени и поцеловала принцессе руку.

Несколько дней спустя она оставила двор, а вскоре вслед за ней уехала и Молли Липл, чей брак больше не был секретом. Она оставила службу у принцессы и поселилась в деревне.

«Без них мой двор станет совсем другим», – подумала принцесса. Даже Мэри Белленден, как выяснилось, стала замужней женщиной.

Но Каролине пришлось забыть о делах своих фрейлин, потому что пришло время появиться на свет ребенку. К великой своей радости, она родила здорового мальчика, которого назвала Уильям Август. И когда Каролина взяла на руки своего сына, она поверила, что время неудач прошло. Теперь никто не попытается отнять у матери собственного ребенка!

Каролина была права. С того времени, как родился сын, она почувствовала себя счастливее. У нее будут еще дети, и получится так, будто у нее появилась вторая маленькая семья, ее собственная. Король всячески показывал, что не испытывает неприязни к ее обществу. Он часто сидел со строгим видом и слушал ее, но ему, похоже, нравилось с ней беседовать."

"Когда Каролина узнала от леди Мэри Уортли Монтэгю, что в Турции научились обезвреживать оспу, делая на руке маленькую ранку и заражая ее гноем из оспенного нарыва, она очень заинтересовалась. Леди Мэри писала, что разрешила сделать такую прививку своему сыну. Когда в Англию приехал ее доктор Чарлз Мейтленд, Каролина попросила его подробнее рассказать о новом методе.

Тут же начались возмущенные разговоры. Ведь все, чем интересовалась принцесса, тотчас становилось темой обсуждения. Леди Мэри осуждали, называли чудовищем, а не матерью. Врачи утверждали, что подобная практика противна воле Бога.

Но Каролина серьезно размышляла над этим сообщением. Она всегда боялась оспы, ведь от нее умер отец. На улице каждый второй носил на лице отметины страшной болезни. Сама она только по чистой случайности легко отделалась от нее. Каролине сказали, что из каждой тысячи семьдесят два человека умирают от этого заболевания.

Она мечтала обезопасить своих детей, но не хотела рисковать. Каролина попыталась поговорить с принцем, однако его это совсем не заинтересовало.

– Вообрази, – убеждала она мужа, – какое благо для народа, если мы сумеем избавиться от этого страшного бедствия!

– Да, это было бы хорошо… очень хорошо…

«Он не способен ни о чем думать, кроме собственного тщеславия», – полупрезрительно, полупрощающе подумала она. Как странно! Прошли годы, и теперь Каролина ловила себя на мысли, что не хотела бы видеть своего мужа другим.

Однажды вечером на приеме у короля у нее появилась возможность поговорить с Георгом.