Большинство же иммигрантов тратили все свои капиталы на этот единственный шанс начать, возможно, более счастливую жизнь. Они подпишут любой контракт, дающий привилегию хотя бы ползать при дворе какой-нибудь суки, лишь бы остаться в Кэйлеере.

— Подождите-ка, лорд Фриант, — с той же обманчивой мягкостью в голосе остановил его Люцивар. — Вы не хуже меня знаете, что человек должен быть принят до колокольного звона, однако затем есть еще час на то, чтобы заполнить и подписать контракты.

— Если хотите подписать контракты с теми, что уже перечислены, можете забирать их с собой хоть сейчас.

Люцивар поднял правую руку и небрежно почесал подбородок.

Все произошло так быстро, что Деймон даже не заметил движения. В один миг Люцивар почесывал подбородок, а в следующий эйрианский боевой клинок оказался на левом запястье Фрианта.

— Так вот, — любезно продолжил эйрианец. — Вы закончите заполнять контракт сейчас, или я отрежу вам левую руку. Выбирайте.

— Дерьмо, — пробормотала Сюрреаль, на всякий случай придвигаясь ближе к Деймону.

— Вы не имеете права! — всхлипнул Фриант.

Рука Люцивара даже не дрогнула, однако с запястья лорда побежала тоненькая струйка крови.

— Я обо всем сообщу Совету! — взвыл тот. — У вас будут неприятности!

— Возможно, — невозмутимо согласился Люцивар. — Зато ты останешься без левой руки. Если повезет, то больше ты ничего не потеряешь. Если же нет…

Деймон краем глаза уловил движение слева от себя и обернулся в ту сторону. Лорд Мегстром, член Темного Совета, с которым он беседовал в самом начале, замер у другого конца стола.

— Я могу чем-то помочь вам, Князь Яслана? — задыхаясь, спросил старик.

Люцивар поднял взгляд, и Мегстром замер на месте. Его лицо побелело.

— Мать-Ночь, — пробормотал Аарон, — он дошел до убийственной грани!

Деймон не сделал ни одного движения — как и все остальные. Верховного Князя, достигшего этой грани, было невозможно уговорить одуматься или попытаться вразумить. Он сам носил Черный Камень, единственный бывший на ступень темнее Эбеново-серого, которым обладал Люцивар. В лучшем случае умрет Фриант. В худшем — начнется безжалостная резня.

— Лорд Фриант утверждает, что контракты нельзя заполнять после того, как прозвонил колокол, — все с той же обманчивой мягкостью пояснил эйрианец.

— Я уверен, что он просто запутался в правилах, — поспешно произнес Мегстром. — Когда прозвучит последний удар колокола, претендентам дается еще один час, чтобы заполнить бумаги.

Люцивар ничего не ответил, и пожилой лорд, сделав неровный вдох, продолжил:

— Лорд Фриант, похоже, немного нездоров. С вашего позволения, я закончу вместо него заполнять ваши бумаги.