— Что ж, в таком случае, возможно, тебе стоило бы отпустить меня, — приторным голоском, который сочился ядом, произнесла Сюрреаль.

Люцивар издал низкий, издевательский смешок.

— Если ты решила, что я буду объяснять Королеве Гарпий, почему ее доченька служит при другом дворе, когда я сам стоял здесь и мог принять ее в наш, то лучше как следует обдумай это, маленькая ведьма.

Сюрреаль оскалилась в ответной ухмылке:

— Моя мать — не Гарпия. А я — не маленькая ведьма. И не собираюсь подписывать никаких проклятых контрактов, которые дадут тебе право управлять моей жизнью.

— Советую подумать еще раз, — холодно бросил Люцивар.

Пальцы Деймона сжались на правом предплечье Сюрреаль. Аарон поспешил схватить ее левую руку.

Прозвучали три удара в колокол, обозначившие окончание ярмарки услужения.

Сюрреаль грязно выругалась, Люцивар только улыбнулся.

Затем раздался мужской голос, исполненный негодования, заставивший их всех обернуться к столу.

Деймон заметил разряженного в пух и прах типа, который поспешно подравнивал стопки бумаг, игнорируя молодого эйрианского Предводителя.

Зарычав, Люцивар направился к столу, растолкал смущенных и расстроенных сородичей и замер рядом с мужчиной, который по-прежнему притворялся, будто не обращает на них ни малейшего внимания.

— Возникли проблемы, лорд Фриант? — с обманчивой мягкостью поинтересовался Люцивар.

Фриант изящным движением расправил кружевные манжеты и продолжил собирать бумаги.

— Звон колокола, знаменующий окончание ярмарки, только что прозвучал. Если эти люди будут по-прежнему свободны, когда вы прибудете завтра утром, чтобы предъявить свои права, то сможете вписать их в контракт, чтобы соблюсти право первого обратившегося.

"

"Деймон напрягся. Лорд Джорвал неоднократно рассказывал ему об этом положении, записанном в правилах ярмарки услужения. На протяжении всего времени, что длилась ярмарка, у иммигрантов было право отвергнуть предложение служить при том или ином дворе или подождать, не будет ли сделано еще одно, а то и попытаться выторговать более выгодные условия. Однако на следующий день после завершения ярмарки начинался день призыва.

Выбор был лишь один. Иммигранты могли принять предложение, выдвинутое первым двором, обратившим на них свое внимание, — а Джорвал сразу же намекнул, что обычно таковые означали более низкое положение, — или же вернуться в Террилль, чтобы попытать счастья в следующий раз. Он потратил два миллиона золотых марок на взятки, чтобы добиться включения своего имени в списки на этой ярмарке. Деймон, разумеется, мог выделить эту сумму и во второй раз, однако он не осмелился бы вернуться в Террилль.