Деймон был только рад работе, особенно когда узнал, что Сэйтан все это время помогал Джеффри выполнять куда более сложные задания. Он и Люцивар узнали о результатах, однако Деймон понимал, что не перенес бы процесса сбора нужных сведений.

Больше сорока процентов Крови в Террилле исчезло. Бесследно. Еще тридцать процентов были сломлены и вернулись к основам Ремесла. Кровь, оставшаяся в Королевстве, еще толком не оправилась от разрушений — и неожиданно обретенной свободы.

Деймон не стал спрашивать, что произошло с Александрой, Леланд и Филипом, а Сэйтан, в свою очередь, ничего не сказал. Или, если у него имелись эти сведения, сообщил их только Вильгельмине.

Цифры были почти такими же в Малом Террилле. Однако остальная часть Кэйлеера осталась нетронутой — кроме Иннеи. Карла сейчас пыталась вновь объединить свой народ и собрать двор. Порча, которую Доротея и Геката распространили в Крови, возможно, и была уничтожена, но шрамы остались.

За все нужно платить.

— А как насчет дома Джанелль в Магре? — спросил Люцивар.

Деймон покачал головой:

— Пусть там поселится Вильгельмина. Она уже решила обосноваться на Шэльте, к тому же…

— Дом был снят для Джанелль, — твердо произнес Сэйтан. — И останется ее домом. Если у тебя нет никаких возражений против того, чтобы ее сестра пожила там какое-то время, то пусть будет так.

Деймон отступил. Он тоже любил этот дом, очень, но не думал, что сможет когда-нибудь жить там. И до сих пор не мог понять, действительно ли Сэйтан верил в то, что Джанелль вернется, или же просто не хотел своими действиями выражать сомнение в этом. В конце концов, прошло уже два месяца без каких-либо новостей, если не считать повторяющиеся — и все столь же бессмысленные — уверения Терсы в том, что все будет хорошо.

— На этом все?

Он прочел невысказанную просьбу во взгляде Сэйтана.

— Я присоединюсь к тебе через минуту, — произнес Деймон, обращаясь к Люцивару, направившемуся к выходу.

Когда они остались одни, Повелитель осторожно произнес:

— Я знаю, как ты теперь относишься к Эбеновому Аскави.

Деймон не сдержался:

— Я искренне надеюсь, что ты будешь приходить сюда, отец, потому что ноги моей больше не будет в Цитадели.

Сэйтан мягко произнес:

— Боюсь, тебе придется отправиться туда в последний раз. Тебя хочет видеть Дрейка.

3. Кэйлеер— Есссть кое-что, что я хочу показзать тебе, — произнесла Дрейка, отпирая дверь и пропуская его вперед.

Деймон вошел в огромную комнату, оказавшуюся портретной галереей. Дюжины и дюжины картин висели на стенах.

Сначала он увидел лишь одну. Последнюю.

Не в силах смотреть на него, Деймон повернулся к портрету спиной и начал последовательно изучать все остальные. Некоторые оказались очень, очень старыми, но все были написаны чрезвычайно искусно.