Стенли обитал всего лишь за холмом, в Джермантауне, но и он принадлежал другому миру.

Казалось, прошло очень много времени, прежде чем Зания остановился и поставил на землю сумку. Анна замедлила шаг, глядя по сторонам. Они стояли на прогалине, заросшей суккулентами и низким кустарником. Здесь ощущался запах сырости и грибов. Зания сразу взялся за работу — начал собирать листья, сдирать кусочки древесной коры и выкапывать корешки и клубни. Анна присела на корточки рядом с ним, внимательно слушая его рассказ о том, как именно можно использовать то или иное средство. Его приемы были довольно сложными.

Одни листья нужно было собирать лишь ночью, другие — только в определенное время года. В зависимости от способа обработки из одного и того же растения можно было приготовить как лекарство, так и смертельную отраву. Также нужно было учитывать духовную составляющую знахарства.

— Не все растения нам можно использовать, — объяснял он. — Прежде чем сорвать некоторые из них, нужно испрашивать разрешения у предков. Господь одарил нас лекарствами, которые растут повсюду. Они помогают практически от всех хворей, в том числе и заразных, — рассказывал Зания своей спутнице.

 — Намерение это было благим. Но теперь лечить очень сложно из-за того, что все смешалось. Люди, путешествуя, привозят свои болезни в те места, где их излечение не предусмотрено. Поэтому иногда нам требуются лекарства белых людей, которые хранятся в упаковках и могут перемещаться на большие расстояния.

— Что ты имеешь в виду, говоря, что они «привозят свои болезни»? — спросила Анна.

Ей было интересно узнать, что этот знахарь имеет представление, пусть и примитивное, о процессе распространения инфекций.

— Уверен, ты отлично знаешь, как это происходит, — ответил Зания. — Образы болезней живут в мыслях людей. Стоит человеку лишь однажды увидеть одну из них, как она уже навеки принадлежит ему и будет всегда путешествовать с ним. Разве не так?

Анна пристально посмотрела на знахаря. Мысленно она уже сформулировала фразы, которые доброжелательно и вежливо убедят Занию в том, что он неправ. Но только она раскрыла рот, чтобы ответить ему, как все слова вылетели у нее из головы. Она вдруг ощутила, что лес будто затаил дыхание. Будто кто-то незримый также ожидал от нее ответа.

Доказательств ее мудрости. Каким-то образом в тот момент все, что она знала, перестало быть незыблемым. И уж точно она больше не считала, что ей все известно.

Когда сумка Зании стала полной, он повел Анну обратно, шаг в шаг повторяя путь, по которому они пришли сюда. Когда они уже подошли к опушке леса, их встретил смех. Громкий, мужской, многоголосый смех.

— Воины, — сказала Анна. Пульс у нее участился.

Мтеми…"

"Оба они направились в ту сторону, откуда доносились голоса.