Но по причине, известной только ему, он, казалось, был согласен терпеть.

И тогда она вспомнила, что он не из тех мужчин, для которых измена — нечто легкое и привычное.

Роуз закрыла глаза и нахмурилась, от старой боли защемило в груди. Почему она не позволила ему уйти? Она должна была сделать это. Но не смогла. Боль так явственно отражалась на его лице в тот момент, когда он решил, будто она не хочет его. И был так далек от истины.

Прерывистый вздох вырвался из его груди. Его руки слегка дрожали, брови были чуть-чуть нахмурены. Приподнявшись, он натянул лиф ее платья, прикрывая грудь, и встал на ноги. Затем поднял с пола свой сюртук и жилет.

— Вам помочь? — спросила она, пока он всовывал руки в рукава.

Он покачал головой.

Не зная, что делать, она присела на софу и рассеянно разглаживала морщинки на юбке. Обычное течение событий, очевидно, не подходило Джеймсу. Она не могла предложить ему спиртное, а кофе уже остыл. И в ее голове не было ни одной путной мысли, которая дала бы тему для разговора или для легкого, дружеского подшучивания. Она так растерялась, что со стороны можно было подумать, к будто она новичок в подобных делах и не наблюдала сотни раз, как мужчина надевает жилет и сюртук.

— Я могу навестить вас завтра вечером? — спросил он, застегивая последнюю пуговицу.

Прямой отказ был, разумеется, неприемлем. Необходимо найти подходящую причину, но она не сможет заставить мадам Рубикон поверить, будто с Джеймсом что-то не то… Уклончивый ответ — это лучшее, что можно придумать. Ей не следует поощрять его. Ничего хорошего не выйдет из этих посещений. Но когда она посмотрела в его глаза, когда увидела, как боль начинает собираться в их мягкой, оливково-зеленой глубине, то услышала слова, слетевшие с ее губ:"

"— Я буду очень рада.

Глава 5

Роуз расправила манжету простой черной перчатки.

— Я недолго.

Вытянув длинные ноги, что было не просто в тесном пространстве наемной кареты, и подняв газету, лежавшую на соседнем сиденье, Тимоти приготовился ждать.

— Не стоит спешить из-за меня, Я никуда не тороплюсь.

Уголки губ приподнялись, и эта маленькая улыбка смягчила решительное выражение ее лица. Обычно, когда она уходила из заведения, он составлял ей компанию, даже если ему приходилось ждать в карете, пока она ходила по магазинам и улаживала разные дела, понимая, что его присутствие дает ей чувство уверенности. Она знала, что никогда не сможет по-настоящему отблагодарить его, и все же пыталась.

— Спасибо.

— За что? За то, что у меня нет никаких других планов на этот день?

— Нет, — возразила она, покачав головой. — Зато… что ты с такой щедростью позволяешь мне таскать себя по городу. Я очень ценю это.

Она не знала, что бы делала без него.