Примитивное и сильное чувство вожделения растекалось по его венам. Джеймс имел ее не больше чем пару часов назад, но уже хотел еще. Он когда-нибудь насытится ею?

Посмеявшись над самим собой, он покачал головой.

Нет, он знал, что ему всегда будет мало Роуз.

Джеймс убрал перо в серебряный футляр рядом с чернильницей. К черту отчет! Не часто предоставляется возможность провести день в постели с такой женщиной. И правда, разве кто-то стал бы обвинять его в том, что он не упустил ее? В любом случае маленькая стопка бумаг справа подтверждала, что он сумел что-то сделать за это утро… что-то иное, нежели довести Роуз до оргазма.

Взявшись руками за стол, Джеймс уже готов был подняться, когда послышался стук в дверь.

Роуз?

Нет. Она поднялась наверх не больше чем полчаса назад. Его губы дрогнули, неужели его мысли передались ей, а вместе с ними и поток возбуждения? Даже простая возможность видеть ее делала его счастливым, чего он не знал никогда прежде. Оказывается, он человек, обуреваемый страстями, которые может реализовать.

— Войдите, — сказал он.

Дверь открылась, и на пороге появилась миссис Уэбб. Ее взволнованное выражение лица, серьезность в карих глазах насторожили его.

— Что-то случилось?

Она кивнула, медленно и неохотно качнув седой головой.

— Мистер Арчер, ваша гостья уезжает.

Джеймс подумал, что неправильно понял ее.

— Что, простите?

— Мисс Роуз. Она уезжает.

Словно в подтверждение ее слов, за окном кабинета послышался стук копыт и шуршание колес по гравию — характерный звук кареты, подъехавшей к парадной двери.

Его глаза вспыхнули, а сердце упало. Шокированное сознание застыло, он резко встал из-за стола. Миссис Уэбб отошла в сторону, когда он бросился в коридор.

Увидев Роуз в маленьком холле внизу, Джеймс замер на месте.

В темном плаще на плечах, она стояла, натягивая перчатки. Мистер Уэбб поднял ее чемодан и вышел на улицу.

Парадная дверь хлопнула, выводя его из оцепенения.

— Куда ты едешь? — Ответ был очевиден, но Джеймс не мог не спросить. — Почему ты уезжаешь?

В этом вопросе было больше реальности.

Роуз молчала, одной рукой поправляя перчатку на другой, пальцы натягивали черный кожаный край. Ее образ хранил молчание. Глаза опущены вниз, ресницы лежат на щеках.

— Я думаю, мне лучше вернуться в Лондон.

Голос низкий. Слова обдуманные и осторожные."

"Среди всех вопросов в его голове превалировал один.

— Почему?

Роуз обвела быстрым взглядом холл, заглянула за его плечо. Потом снова опустила глаза на перчатки, быстро поправила их и хлопнула в ладоши.

— Ты сказал, что я могу уехать, когда захочу, — глядя не на него, а на центральную дверь, проговорила она. — Я решила вернуться в Лондон.

Джеймс не понимал ничего.