Главное, ложку или сахар забудь тут, на всякий случай, чтобы резкий повод был.

Воду в чайник набрать… в окно посмотреть… этажи посчитать…

Ох, блин, я чуть занавеску не оторвала, когда мне на плечи руки тяжелые опустились. Клянусь, чуть не закричала от страха и неожиданности.

Медленно поворачиваюсь, чтобы деликатненько от Суханова на безопасное расстояние отойти, но разве от крокодила так просто уйдешь? Разве он позволит, когда что-то задумал? А он задумал. Не зря же так противненько косится, ухмыляясь.

— Ты иногда такой разговорчивой бываешь. — Его довольная мордаха так и светится от удовольствия.

 — Но когда нужно что-то сказать, убегаешь. Кого или чего испугалась-то?

Что? Испугалась? Да я никого не боюсь.

— Я ведь и так знаю твой ответ на вопрос сестры, — говорит, зажимая меня в кольцо своих рук и подталкивая к подоконнику. — И можешь не смотреть на меня так, будто хочешь оторвать мне нос и сбежать. Знаю, не хочешь.

Ей-богу, самоуверенность когда-нибудь погубит этого паренька.

Но сейчас он прав.

Поразительно, да, что Суханов в чем-то прав?

— Там… Маруся. — И ничего мой голос не дрожит.

Не придумывайте. Может быть, я замерзла? Или вообще нервное. Я ж с Назаром тесно общаюсь, здесь хочешь не хочешь, но психом станешь.

— Маруся смотрит мультфильм, — объясняет он, к лицу моему наклоняясь. — А я жду ответа.

П-ф-ф.

«Врагу не сдается наш гордый Варяг». — Ой, надеюсь я вслух это не пропела.

Эй, крокодил, ты дистанцию-то держи. За стенкой, между прочим, ребенок. Нечего ко мне так прижиматься. И тем более не надо пальцами своими по шее моей проводить. Да и ни к чему нижнюю губу трогать.

Немцова, соберись!!!

Нельзя это, нельзя то.

Нельзя самой к парню тянуться с открытым ртом. Серьезно, плохое дело. Негоже девушкам, ну.

Но хочется ведь. Тем более когда в нос ударяет запах Сухановского парфюма, а его губы так близко-близко от моих. Да и сестра занята.

Эх…

— Нравлюсь же?

— Назар! — Обломал, гад.

— Нравлюсь? — Он не крокодил, нет, он попугай, честное слово.

— Нравишься, — со злостью в голосе бурчу в ответ, в глаза его наглющие заглядывая.

— Так бы сразу, — ухмыляясь, говорит он и тут же обхватывает губами мой рот.

День под названием «Клубничная жвачка».

Я его точно запомню.

Не отстраняясь, мы вжимаемся друг в друга. Сначала осторожно, затем всё сильнее и сильнее, и кажется, что кислород сейчас закончится. Прикусываю его губу и глупо хихикаю, когда он шипит и сажает меня на подоконник. «Танец» продолжается.

Кто ж знал, что маленькая Полинка может быть такой смелой? Сама себе удивлялась, когда парня ногами обхватывала. Как в прошлый раз. Но сейчас рядом с нами нет никакой Любани. Сейчас проще всё. И как-то по другому.