– Такая ужасная смерть постигла их всех, и Уилла, и Артура, и…

Мари снова расплакалась, и Рэндалл обнял ее за плечи.

– Тристан… Он всегда был таким сильным, таким… а я предала его, обвинила в смерти Артура. – Ее худые плечи тряслись, а из горла вырывались булькающие звуки, словно она вот-вот задохнется от рыданий. – Если бы я только знала, что то был наш последний разговор, я бы сказала, как сильно его люблю и горжусь им.

Рэндалл не смог больше терпеть. Обнимая Мари, он почему-то подумал о своей маме в последние минуты ее жизни. Ей было так больно, а он не знал, как помочь. Может, Мари и не была его матерью, но она никогда не причиняла ему зла. Она единственная была рядом, когда еще мальчишкой Рэндалл чуть не умер от зимней хвори. Пришло время возвращать долги.

Он склонился к ней и зашептал на ухо то, что способно было вернуть сломленной королеве крупицу надежды. Когда он договорил, Мари уже не плакала и смотрела на него ошарашенным взглядом.

– Значит, в этой могиле не мой сын, а какой-то безымянный преступник? – едва слышно прошептала она и с опаской огляделась, чтобы убедиться, что их не подслушивают.

Рэндалл кивнул.

– Только сохраните хотя бы этот секрет. Иначе вы лишитесь последнего шанса, и Тристан вас точно никогда не простит. Вы ведь его знаете. Он умеет ненавидеть так же горячо и неистово, как и любить.

Он поднялся с земли, отряхнулся и ушел с фамильного кладбища Вейландов.

Теперь ему предстояла дорога домой, к Авроре, Райнеру и Рэну.

Рэндалла ждала его семья – настоящая, преданная и любящая.

Глава 44

В воздухе висел сладкий аромат цветущей сирени и пропитанной дождевой водой земли. Небо все еще было низким и хмурым, но редкие солнечные лучи пронизывали тяжелые грозовые тучи и скользили по влажному стеклу вместе с остатками дождевых капель.

Тристан сидел на подоконнике и листал миниатюрную книгу в старом ветхом переплете. Рядом возвышалась внушительная стопка книг, каждую из которых он планировал перелистать в поисках нужного.

Дверь скромно обставленной, но чистой и уютной комнатки в трактире, где Тристан жил последние четыре дня, тихо скрипнула. Порог переступила Кристин, облаченная в одежду обычной горожанки, которая смотрелась на ее статной фигуре непривычно и нелепо.

– Как все прошло? – спросил он, окинув ее мимолетным взглядом, и вернулся к своему занятию.

– Зря ты не пошел. Думала, что не выдержу и расхохочусь прямо посреди прощальной речи лорда Грассена. Он так усердствовал в эпитетах и похвале твоим благородству и чести, что мне казалось, он возьмет да и прыгнет в могилу от горечи потери.

Тристан весело фыркнул.

– Помнится, он угрожал, что своими же руками отправит меня в могилу, когда застукал в постели дочери.