— Тогда — ни к какому. Просто порадовался, что удалось получить материалы для статьи. Но вот недавно я участвовал в совещании по перспективам развития авиации в нашей стране. И там же узнал причину такого поведения людей, которых я обзванивал. По большинству предприятий идет «чистка». Ищут саботажников и контрреволюционеров. Это так?

— Допустим, — кивнул Сталин. — И что дальше?

— А дальше то, что под этим лозунгом ОГПУ хватает руководителей и главных инженеров предприятий. И если бы следствие велось, как положено — с поиском доказательств, расследованием тяжести вины и сбором неопровержимых улик, я бы не задал вам вопрос про МЕТОДЫ этого управления. Но мне сказали, что ничего подобного нет. Признания просто ВЫБИВАЮТ из людей. Кулаками. По доносу. И если это так, то…

— То что? — жестко спросил Иосиф Виссарионович. — Не тяните, товарищ Огнев, договаривайте.

— То ОГПУ не помогает стране искать врагов народа, а наносит ей огромный вред! Больше, чем смог бы любой саботажник или контрреволюционер!

Все. Слова сказаны. И они не понравились товарищу Сталину. Очень не понравились, по лицу его вижу. Все его благодушное настроение как ветром сдуло.

— Получается, по-вашему товарищ Огнев, всё ОГПУ — это вредительская организация? Предлагаете избавиться от нее? Так? И дать врагам народа жить спокойно? Пускай саботажники и дальше устраивают разгул, а контрреволюционеры распространяют свои идеи. Все правильно? Ведь они наносят ущерб нашей стране гораздо меньше! Это вы хотите мне сказать?

Нифига себе как вывернул мои слова Иосиф Виссарионович.

— Да нет же, — поспешно замотал я головой. — Я предлагаю не избавляться от ОГПУ, а проверить их методы работы. И устранить те вредительские приемы, что сейчас дискредитируют ОГПУ и по большому счету идут во вред в первую очередь нам всем, помогая настоящим врагам народа.

— Так поясните свою мысль более четко, — процедил товарищ Сталин. — Каким образом методы ОГПУ наносят вред?

Ну, Серега, пан или пропал!"

"— Первое — тем, что забирают людей просто из-за доноса. Не имея на руках серьезных улик. И ладно бы просто задерживали, чтобы изолировать человека на время следствия, и не дать ему сбежать, если он окажется настоящим врагом народа. Но ведь следующим шагом становится то, что человека заставляют признаться в том, что он мог и не совершать! Силой! Не собирая факты и улики, как это делает милиция. В итоге ОГПУ боятся не только враги народа, но и абсолютно честные и ответственные граждане нашей страны. Боятся и ненавидят.

Я сглотнул. В горле пересохло, но мысль свою еще и не закончил, поэтому продолжил, пока товарищ Сталин снова меня не перебил.

— Второе — в большинстве случаев, как я понял, под обвинение вредительства подпадает обычная ошибка человека.