Или ты думала, что я в расстроенных чувствах на тебя упаду? Нет, я лучше в чане с дерьмом искупаюсь.

— Думаешь, что я хуже нее? — фыркает. — Допустим, у меня было достаточное количество мужчин. Но все, как один, достойные. Не то что Потехов, который твою девку сейчас тащит к себе.

— ЧТО?!

Аврора зло смеется.

— Что слышал… Некоторые получают все, что хотят! Не знал?

— Где?

Аврора зло сверкает глазами.

— Не скажу.

Хватаю за плечи, встряхнул.

— Где ты их видела, отвечай!

— Не скажу! — отвечает со злобной гримасой. — И если ты уйдешь, если дашь ход новости о нашем расставании, пожалеешь о своих действиях почти сразу же.

— Пусть так.

Это мелочи по сравнению с тем, что Соню кто-то хочет затащить в постель, когда я рядом.

Позволю этому случиться, буду жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

Плевать, что мутит эта девчонка и почему так поступает: от злости, отчаяния или просто назло!

Она не знает, что творит, не понимает, куда влипла.

Думает, порхать с вечеринки на вечеринку легко, но у ее жизни будет печальный финал, если она не остановится. Тем более, не могу допустить, чтобы другой из мужчин ее касался.

Если не я, то, значит, никто.

Запру ее. Под семь замков!

В монастырь отдам.

Будет сидеть безвылазно. В одиночестве.

Никому не достанется!

Не моя, значит, ничья.

Сбрасываю с руки пальцы Авроры и проталкиваюсь в холл.

Бросаюсь в одно направление. В другое…

Ничего!

Хватаю знакомую девушку за плечо. Кажется, я видел, как Соня с ней говорила раньше. Должна же она знать!

— Отвечай! Где Соня? Часто с вами ходит на тусовки?!

— Первый раз пришла! — шепчет перепугано. — Соня выбежала в слезах. Она хотела уйти, мне не удалось ее задержать. За ней пошел мужчина… Кажется, она ему понравилась.

— Где они?!

— Там на п-п-п-парковке!

Выбегаю на холодный воздух парковки…

Слышу слабый крик, протест. Голос Сони.

Бегу не чуя ног. Наталкиваюсь на случайных гостей, отшвыривая их в стороны, как кегли.

— Отпустите! Отпустите! Я никуда с вами не поеду.

Соня вырывается, как может. Брыкается.

Но она слишком маленькая и хрупкая, по сравнению с высоким, тучным Потеховым.

Тот самый, который с ней фотографировался.

— Не ломайся! — хватает ее за локоть крепче.

Соня отвешивает пинок по колену.

— Гадина! — взвыл Потехов и в ответ замахивается кулаком. — Сейчас я научу тебя быть шелковой!

Ускоряюсь. Втискиваюсь в последний момент и успеваю словить удар в ухо вместо Сони.

Как будто кувалдой бухнули. В голове зазвенело, а все остальные звуки, наоборот, пропали.

Соню бы от такого удара просто напополам сложило!

Но мне хватает сил выстоять и ответить яростным градом ударов. Отталкиваю жирдяя, на миг потерявшего равновесие от неожиданности.

— Каминский? Ты что совсем сбрендил? — сплевывает в сторону кровью.