Вместе с ней показался белый пудель, сидевший у хозяйки на коленях, и разразился безудержным тявканьем, как бы давая мне понять, что я не имею никаких прав находиться здесь.

Рыжик, игравший на берегу со старой корзиной, услышал лай пуделя и немедленно бросился мне на выручку, выскочив из-за угла дома, словно ракета. Оскалив зубы, он кинулся на «додж», норовя поскорее вонзить клыки в шею недруга. Отец чертыхнулся, Линда завизжала, прижав к груди свое лохматое сокровище, сам виновник переполоха заскулил, и я поспешно оттащила Рыжика в дом, приказав ему замолчать и вести себя прилично. Увы, иначе он не дал бы нам нормально поговорить.

Заперев обиженного Рыжика, я снова вышла из дома. Отец вылез из машины первым и радостно поздоровался:

– Привет, красотка. – Он обошел машину и прижал меня к груди. Так, наверное, обнимается горилла. – Все в порядке?

– Да. В полном. – Я выскользнула из его рук. – Привет, Линда.

– Привет, милая.

– Извините за собаку. – Я подошла к машине и открыла дверь. Голливудская штучка была при полном макияже, включая накладные ресницы, в бледно-голубом свитере и золотистых балетных туфлях. Н-да, принцесса на отдыхе. На пуделе болтался ошейник с искусственными бриллиантами.

– Ерунда. У Мици расшалились нервы, только и всего. Сказывается благородное происхождение. – Она подставила щеку для поцелуя, сложив губы бантиком. Я коснулась гладкой кожи губами, и пудель снова негодующе тявкнул.

– Боже мой! – воскликнул отец. – Да успокой ты эту проклятую псину. – В ответ на это Линда бесцеремонно бросила «собаку благородного происхождения» на землю и грациозно выбралась из машины.

Линда Лансинг была актрисой. Лет двадцать назад она подавала блестящие надежды в Голливуде. Ее появление сопровождалось невиданной рекламной кампанией, результатом которой стал выход на экраны целой серии ничем не примечательных фильмов, где она обычно играла задумчивых, мрачных цыганок или крестьянок, наряженных в живописные оборванные блузки. Очень скоро подобные фильмы вышли из моды, а с ними устарела и ее манера игры. Благоразумная Линда (а она никогда не была глупой) быстро выскочила замуж. «Муж для меня важнее карьеры», – кричали заголовки всех газет над свадебными фотографиями. На какое-то время она исчезла с голливудской сцены, но затем, разведясь с третьим мужем и не успев выйти за четвертого, стала эпизодически мелькать в фильмах и на телевидении. Для молодого поколения зрителей это было новое лицо, к тому же один талантливый режиссер открыл у Линды талант комедийной актрисы, чем удивил очень многих."

"Мы познакомились с Линдой на одной из тех скучных воскресных вечеринок, которые составляют неотъемлемую часть жизни бомонда в Лос-Анджелесе.