Читать Комбинация (Михаил Алексеевич Ланцов) без сокращений – книга жанра Легкое чтение

Комбинация
Обложка книги «Комбинация»

Комбинация

Михаил Алексеевич Ланцов

7.9 (55 мнений)

В царской России, где каждое слово имеет значение, старый князь Меншиков осторожно ведет переговоры о последних контрактах для сохранения власти. Его верный сподвижник Петр Алексеевич держится на одном дыхании, боясь промахнуться. Александр Данилович же смотрит на все происходящее через призму грядущего конца, будучи неуверенным в том, что сделает правильный выбор.

О книге

Приключения обновленного Алексея сына Петра I продолжаются.Спровоцировав более масштабный стрелецкий бунт 1698 года, Леша сумел подготовиться и «подвести под монастырь» не стрельцов, но настоящих заговорщиков. Это привело к гибели почти всех его теток и кузин, а вместе с тем и Милославских, каковых сделали козлами отпущения.Успех? Несомненно, успех. Однако теперь предстояло сдержать отца от бездумного вступления в Северную войну. А его подбивали. Явно подбивали. Бунтовщики хоть и отступили, но никуда не делись. И кое-кто из них видел успех их дела в поражении царя как можно более тяжелом. Да и наши заграничные «партнеры» имели свои виды на Россию…

Aa
Шрифт
Размер шрифта
-
18
+
Межстрочный интервал
30

— Может быть нам тоже начать набивать цену? Ведь шведов нужно будет отвлечь.

— Возможно и нет, — возразил Фарвасон. — Вильгельм уже сосредотачивает войска в Голландии. Все, до которых может дотянуться. С тем, чтобы не дожидаясь, пока Карл решится, ударить по французам во Фландрии. Разбить их. А потом развернуться и встретить шведов. Шведы сильны, но их не очень много. Поэтому есть все шансы разбить и их. В этом случае наше участие не потребуется.

— Тогда нам остается только наблюдать и готовится, — развел руками царевич.

И переключил тему на налоговую реформу.

Снова.

В этот раз его не стали одергивать и выслушали.

Даже Петр.

Потому как старая идея с реформой сельского хозяйства явно заинтересовала крупных землевладельцев. Отчего сама идея крепостного права очень сильно пошатнулась и появилась реальная перспектива его отмены.

Алексей предложил отменить все старые налоги, введя только два новых, систему патентов и таможенные сборы.

Первым и основным налогом являлась подушная подать. Чтобы ее ввести требовалось провести перепись населения. А чтобы люди не прятались, сделать это «под макияжем» благих намерений.

Дескать, царь-государь собирается большие государевы склады для борьбы с голодом. Случись он. И чтобы понять где и какие ставить ему необходимо знать — сколько ртов в той или иной местности проживает.

— Не слишком нагло их так обманывать? — поинтересовался Меншиков."

"— А зачем обманывать? Такую систему складов действительно желательно создать. Может быть не быстро и не сразу. Но голод — опасная вещь. Он порождает бунты или даже большие восстания. Ведь им так легко могут воспользоваться наши враги.

Так или иначе — что-то делать с этим придется. В конце концов — голод, вызванный неурожаем, происходит хоть и часто, но не имеет всеобъемлющего характера. Он идет островками. И не такие уж и большие склады потребуются.

Петр пожевал губами, но сделал у себя пометку.

Алексей же продолжил.

Он предложил обложить податью все души в возрасте от 15 до 50 лет. Женщин половинной. Иноверцев двойной, взяв на вооружение исламскую традицию. Дворян и духовенство, разумеется, от такого налога оградить, как и людей, состоящих на государевой службе.

Ставку полную утвердить в 70 копеек в год. Что, по его мнению, должно дать около 3–4 миллионов рублей налоговых поступлений ежегодно. Минимум. То есть, более чем вдвое больше, чем царство собирало совокупно со всех источников ранее.

Вторым был земельный налог. Его должны были платить все собственники земли. В том числе и церковь, хотя и только с хозяйственных угодий. Утвердив этот налог по прогрессивной сетке тарифов, связанных с местностью и типов земли — пашня там, лес или что еще.

Подборки для вас

Комментариев к этой книге пока нет.
Ваша оценка книге (ставится вместе с отзывом)
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив