— Так тебе мало? Ты, наверное, не понял что тебе было сказано, урод долбанный? — и дубинка, со свистом разрезав воздух, трижды обрушилась на спину Рублева.

— Ничего, ничего, — скрежетнул зубами Комбат, — терпи, терпи Рублев, ты и не такое можешь вытерпеть.

Потом отыграешься, а сейчас держись, не заводись.

""Конечно, ты бы мог одним ударом укокошить этого урода. Резко развернуться и ногой, пяткой в солнечное сплетение — так, как это умеешь делать только ты.

Или схватить за горло, пальцы у тебя крепкие, и задушить. Но это не выход. Мало того, что ты должен спастись сам, ты еще должен вытащить отсюда француза.

Ведь именно за этим послал тебя Бахрушин"".

Работа была тяжелая, но комбату не привыкать.

А вот Жак Бабек уже покачивался от усталости, его ноги подгибались, хлюпая по воде. Чего-чего, а воды здесь хватало. Вдобавок ко всему сильно болела спина, по которой охранник заехал дубинкой.

«Ничего, ничего, сука, я еще отыграюсь. Ты у меня еще запоешь!» — зло думал Комбат.

Он успел переговорить с Гетманом и тот ему сообщил о количестве охраны.

— Их здесь десять-двенадцать человек. Меняются раз в сутки.

А после того как погиб Сэм, охрана меняется каждые двенадцать часов. И именно по охране можно определять день сейчас или ночь.

В принципе на каждого узника приходилось по охраннику. Еще двое, как успели выяснить заключенные, охраняли вход. Они находились где-то в начале длинного коридора, в начале штольни. А вот сам Чурбаков вместе с Бородиным появлялись лишь на время допросов или если что-то случалось. Время от времени они исчезали, иногда даже на неделю, и тогда в подземной тюрьме было затишье. Кончались пытки, допросы.

«Значит, человек двенадцать, — прикинул Комбат. — Все они вооружены пистолетами, дубинками, автоматами. Кое у кого на поясе Комбат видел и гранаты. — Ничего, ничего, и не из таких передряг выбирался. И отсюда выберусь и с вами, мерзавцами, поквитаюсь за все».

Еще у одного заключенного — торговца лесом — поднимая тяжелую плиту, Комбат спросил:

— Слушай, может быть, ты знаешь куда ведет этот коридор?

— На тот свет, — пробормотал заключенный. — Все коридоры ведут в мир иной.

— Не паникуй, — прошептал Комбат, — выберемся, если все будем держаться друг друга.

А если вот так, как ты, то тогда нам… — и Комбат выругался.

— Держись вместе или поодиночке, все равно каюк, все равно кранты.

— Ты опять болтаешь? — послышался злой окрик охранника.

— Да это я так, попросил поддержать. А то плита отдавила бы ноги и мне, и ему, — принялся объяснять Комбат.

— Ладно, смотри мне, а то взгрею.

— Пошел ты… — прошептал Рублев.

Плит для того, чтобы заложить тоннель до самого верха не хватило. И поэтому пришлось оставить работу недоделанной.