— Разобрать и никаких разговоров!

Теперь Комбат получил возможность поговорить с Жаком Бабеком, поэтому не стал ничего предпринимать. Заключенных загнали в тоннель, вооруженные автоматом охранники стояли метрах в пятидесяти, наблюдая как те разбирают камни. Работали не спеша."

"Никому — ни узникам, ни охранникам — не хотелось на ту сторону. Узники знали, что и там убежать никуда невозможно, охранники помнили, что случилось с Сэмом.

— Не беспокойтесь, Жак, — сказал Комбат, беря на руки большой камень, — скоро вас отсюда вызволят.

— Хорошо бы, — мечтательно протянул Жак Бабек.

И тут как из-под земли возник сумасшедший Попович.

— Леонид Васильевич? — пытливо говорил он и заглядывал Комбату в глаза, а затем принимался катить перед собой обломок известняка. — Комбат сильный, сильный…

— Что за стеной?

И Бабек вкратце пересказал Рублеву то, что случилось с охранником Сэмом, после чего Рублев стал опасаться, что и Бабек за время нахождения под землей тронулся умом. В наручниках работать было крайне неудобно, но Комбат даже не попросил чтобы ему их сняли. Знал, не согласятся.

Часа через два работы, когда Гетман вместе с Бабеком вытащили верхний камень, на них пахнуло гнилью.

Торговец мыльными средствами и французский коллекционер тут же слезли вниз. Охранники подошли ближе, беря на прицел автоматов черное отверстие.

— Разбирайте дальше! — два автомата целились в лаз, а два на заключенных.

Наконец удалось разобрать проход так, что по нему можно было пробраться на другую сторону. Впереди себя охрана погнала заключенных.

— Твою мать! — только и воскликнул охранник, когда увидел что осталось от Сэма.

Головы не было вовсе, на камнях валялись обрывки одежды, изгрызенные до половины ботинки.

Скелета как такового не существовало. Отдельные кости, переломанные, кучкой лежали на полу, словно хворост, собранный для костра. Даже у видавшего виды Комбата перехватило дыхание. Пахло разложившимися внутренностями.

— Вперед! — скомандовал охранник Борис, поводя перед собой автоматом. — Вперед, я сказал!

Наконец все очутились в том месте, где тоннель расширялся и наверх уходила высокая вертикальная шахта. Чувствовалось движение воздуха. Наклонный широкий штрек уходил влево и кончался водой.

Зеркало воды было не очень большим — метров пятнадцать. Затем вода упиралась в сводчатый потолок штрека.

— Что это за зараза? — сказал один из охранников и со страхом осмотрелся.

Прятаться здесь в общем-то было негде.

— Из воды оно, что ли, вылезает?

— А может, сверху спускается? Поставим пару растяжек с гранатами. Не по воздуху же эта сволочь летает!

— Подорвется, — нервно захохотал Борис — единственный, у кого был фонарь, мощный, с аккумуляторами.

И тут, проведя лучом вдоль стены, он замер.