Но только они показались из вагонов, как в них – одна, другая, третья – полетели гранаты. И на другом фланге происходило то же самое. Так выйти никто и не смог, на перроне осталось пятеро убитых.

– Сейчас они попробуют выйти из поезда с другой стороны. Эх, пулемёт бы сейчас! Гранаты ещё остались? – спросил Сергей.

– Четыре штуки.

– Отдайте их одному бойцу. Как фамилия?

– Виктор Курбанов.

– Выбегаешь на перрон и швыряешь гранаты за вагоны. Ну, просто перебрасываешь их через крыши вагонов. Понял?

– Так точно!

– И сразу назад, в здание вокзала. А мы тебя огнём поддержим, чтобы ни одна сволочь из вагонного окна не высунулась.

Готов? Тогда вперёд!

Боец вздохнул, секунду помедлил, видимо, внутренне концентрируясь, и стремглав выбежал из дверей вокзала на перрон.

Штрафники начали стрелять по вагонам.

Оказавшись на перроне, Курбанов стал быстро швырять гранаты через стоящие на путях вагоны. Причём сообразил, бросал их в одну точку. Швырнув последнюю гранату, он бегом бросился назад. Никто из эстонцев выстрелить в него не успел.

– Молодец! Проявишь ещё себя в бою – напишу ходатайство, – поощрил его Сергей.

Для штрафника ходатайство о досрочном снятии наказания и восстановлении в звании и прежней должности – самая желанная награда. Да, собственно, других рычагов воздействия на штрафников у Сергея и не было.

Эстонцы притихли. Или они каверзу замышляют, или просто ушли.

Сергей ткнул пальцем в двух штрафников.

– Пойдёте на разведку. Узнайте, где эти пособники фашистов. А то мы тут сидим, как медведи в берлоге.

Штрафники молча выскользнули за дверь вокзала.

Вернулись они через полчаса, когда оставшиеся бойцы успели выкурить по самокрутке и набить обоймы патронами.

"

"– Нет никого. В поезде с десяток убитых, на перроне пятеро. Ещё за вагонами трое. Следы крови есть, видимо, ранены.

Сергей принял решение.

– Первый взвод остаётся здесь. Держать вокзал во что бы то ни стало! Соберите у убитых автоматы и патроны – будет вам хорошее подспорье. Остальные – за мной!

Сергей вышел из здания вокзала, зашёл в вагон и выпрыгнул с другой стороны. Следы крови и в самом деле виднелись на земле, и вели они к станционному пакгаузу.

Сергей не был бы опером, если бы он не кинулся по следу.

Долгая служба в СМЕРШе приучила его к необходимости выследить врага и добить его.

– За мной!

Штрафники приготовили оружие.

Идти пришлось недолго. Метров через триста они обнаружили труп. Судя по обильным потёкам на брючине и сапоге, ранен он был в бедро и крови потерял много. Но умер он не от пулевой раны. Его добили свои же эстонцы ударом ножа в сердце – он был для них обузой.

– Парни, вы только посмотрите! Они своего раненого ножом добили! Как эсэсманы! Нелюди они!

Штрафники явно озлобились.