Он был уже на проходной, когда перед ним выросли два крепких мужичка в потрепанных кожаных куртках.

– Гражданин Беспашный? – сухим официальным тоном спросил один.

– Вам придется задержаться! – добавил второй.

Это были руоповцы.

– Позвольте!.. – возмутился адвокат.

Но его даже не стали слушать. Тимура сопроводили обратно в камеру. А через полчаса выдернули на допрос. Руоповцы заняли кабинет следователя, куда привели Тимура.

– В чем я обвиняюсь?

– Ну, ясно, что не в незаконном проникновении в чужое жилище, – саркастически усмехнулся опер. – Да и не чужое это жилище.

Хозяин признался, что любезно предоставил вам свою площадь. Правда, ключи вам вот забыл отдать...

Тимур и знать не знал хозяина квартиры. Но его ребята сами нашли его, объяснили, что говорить. Мужик упрямиться не стал и написал заявление, что никаких претензий к Тимуру не имеет. Поэтому прокурор и отказал в возбуждении дела за отсутствием состава преступления. Только вот свобода Тимуру, похоже, не светит. Что-то серьезное стряслось. Нутром он это чует...

– Тимур Анатольевич, – вежливо обратился к нему второй опер, – скажите, что вы делали в этой квартире?

– Это мое личное дело.

– Да это понятно. Я бы на вашем месте не стал афишировать, что на этой квартире ваша жена должна была встретиться с любовником...

Тимур стиснул зубы и бросил на мента испепеляющий взгляд.

– Не надо так на меня смотреть, – усмехнулся руоповец. – Во-первых, мне от ваших косяков ни холодно, ни жарко. Закалка, знаете ли. А во-вторых, ваша жена не собиралась вам изменять...

– А кто говорит, что собиралась?

– Никто не говорит. Но вы так думаете...

– Не ваше дело, как я думаю.

– А вот и ошибаетесь.

Это как раз наше дело... Дело в том, что у вас были основания обвинять вашу жену в измене. Вы не находили странными эти основания? Все ж вилами по воде писано. Этот звонок от Альберта Медякова... В наш век компьютерного прогресса любой голос подделать не проблема...

Вообще-то Тимур тоже думал над этим. Однажды его уже обманули. Какая-то мразь голосом Инги сообщила о гибели Гены и Олега... Но ведь телефон, с которого его спрашивали про Полину, был зарегистрирован на имя Медякова. А не мог ли паспорт быть фальшивым?..

А золотая сережка в квартире для свиданий? Полина говорит, что сумочку с сережкой украли.

А не будь там сережки, можно было подбросить что-нибудь другое, что могло бы обличить Полину... Но это слишком сложно. Да и кому это нужно – подставлять Полину и Медякова? Тем более что Тимур не тот зверь, с которым можно шутить...

– А записка, которую Елена Медякова нашла в кармане своего мужа. Это вам не показалось странным? – продолжал допытываться опер.

Тимур не понимал, к чему он клонит. Какое ему дело, как все было.