А шкуры местных животных обладали необычным свойством — волчья на свету переливалась самыми причудливыми оттенками, а кошачья была необычайно мягкой и теплой, приятной на ощупь, оставив далеко позади норку и всех прочих земных поставщиков натурального меха. Для корпорации сейчас подобные товары были не интересны, да и вояки не светили объемы поставляемых шкур.

Что касается пункта «полезность», добавляющегося за сдачу шкур — так корпораты просто отслеживали занятость колонизаторов. Любое действие, приносящее пользу, приносило повышение пункта «полезность», будь то ремонт дороги, коммуникаций, чистка территории от агрессивной флоры и фауны или банальная уборка.

Главное, чтобы начальник базы дал добро на начисление пункта за ту или иную работу. В случае со шкурами, «полезность» мог начислить Анатольевич. Он так и сказал — если прижмет, обращайся, поднимем. Правда, мне придется за это заплатить. Если Толяныч начислит «полезность» колонисту, значит, на складе должна появиться новая шкура. В моем случае Толяныч мог кинуть в «общак» шкуру из своих запасов, но вернуть ему за нее деньги нужно было бы. Пусть он сам и махал рукой, мол, мелочь это.

Был и немалый плюс в увеличении этого пункта — чем он выше, тем лучше оружие и с большей скидкой доступно колонисту, открываются дополнительные услуги на базе, причем бесплатные, или за вполне себе умеренную плату. К примеру, те самые клоны класса Бета, Гамма и прочее сейчас мне были явно не по карману — Бета 3000 кредитов, Гамма –5000. Но подняв «полезность» до 2, я мог приобрести Бета-клон уже за 2500, а Гамму — за 4000. Конечно, это номинальная цена. На деле, при наличии навыков, умений и опыта, цена на клон будет выше.

Но все равно, благодаря «полезности» экономия налицо.

Еще из примеров — та же столовка для вояк мне станет доступна, если я буду полезен ровно в единицу. Не особо большая награда, скажете вы? Я бы поспорил. Питаться нормальными продуктами, а не тем варевом, что дают колонистам, многого стоит. Вот, кстати, заказанный мне в дорогу сухпаек вселял оптимизм. Если тот, что мы приобрели с Иванычем можно было жрать (и на этом его преимущества заканчивались), то этот, предназначенный для вояк, уже мог порадовать гурманов.

Его можно было грызть, варить и жарить, добавлять в другие блюда. Помимо утоления голода он еще мог взбодрить, сработать как энергетик. А главное — у него был вкус, вполне себе приятный.

Когда Анатольевич ушел домой, было уже далеко за полночь. Я же устроился на раскладушке и тут же заснул. Нельзя сказать, что день выдался трудным, но я набил пузо, и теперь меня клонило в сон. Я и во время разговора начал клевать носом, но виду не подавал.