И причина есть уважительная: нежелание будущего мужа видеть ее в опасной близости от молодого привлекательного мужчины…

…Наконец, с водными процедурами, ко всеобщему облегчению, было покончено. Наташа подала Игорю полотенце.

— Наташа, — взмолился он, — мне еще трудно руки поднимать. Вытри, пожалуйста, мне голову и спину…

Сквозь мягкую махровую ткань девушка ощущала плотные крепкие мышцы, гибкое, тренированное тело, которое даже сейчас, после ранения, было сильным и красивым. У Наташи перехватило дыхание, куда-то улетучился и остаток сил. Она бросила полотенце на колени к Игорю, прижала ладони к щекам, тщетно пытаясь унять дрожь, которую уже невозможно было скрыть.

Игорь смотрел на нее в недоумении. Похоже, Наташа была на грани истерики, а то и обморока: лихорадочный взгляд, расширенные зрачки, гримаса отчаяния на лице… Неужели она до сих пор так сильно переживает эту злосчастную пощечину?

— Наташка, милая, — прошептал он, протянув к ней руки, и Наташа бросилась в его объятия, забыв о всех доводах разума, не думая о последствиях…

То, что последовало за этим, можно назвать бурей чувств. Впервые Игоря целовали с таким неистовством и вместе с тем по-детски неловко и неумело.

А он прижимал к себе тонкую, хрупкую фигурку, проклиная в душе свою беспомощность.

Наташа на мгновение оторвалась от губ Игоря, поймала его взгляд, но увидела в нем лишь отчаяние и стыд. Она поняла это по-своему и, почти теряя сознание от впервые испытанного ею чувства унижения, метнулась к дверям ванны.

Кое-как справившись с намокшими бинтами, Игорь осмотрел не пострадавшую от купания наклейку, с трудом натянул на себя пижаму и только после этого позвал Наташу.

Бледная, с заплаканными глазами, старательно избегая его взгляда, сиделка докатила его коляску до кровати. Игорь с удовольствием вдохнул запах чистого белья и, присев на самый край постели, попросил Наташу выключить ночник и открыть окно.

Она уже успела переодеться в домашний фланелевый халатик с длинными рукавами и глухой, по самую шею застежкой. И когда темный силуэт девушки обрисовался в проеме окна, Игорь прошептал севшим от волнения голосом:

— Наташа, не уходи, останься со мной!

Она еще не успела согласиться, а уже оказалась в плену сильных рук.

На нее повеяло чем-то знакомым. Наташа поняла: так пахнет лосьон, которым он протирает кожу после бритья, — тонкий аромат хвои и густой запах таежных трав… Ее рука проникла к Игорю под пижаму, скользнула за спину и осторожно дотронулась до родинки.

Из раскрытого окна потянуло свежим ветерком. Захлопала, забилась под его напором штора. В палате стало прохладнее, и Наташа, защищая его от сквозняка, прильнула к Игорю.

Теплые, мягкие губы покрыли быстрыми поцелуями ее лоб и щеки.