Женщина попробовала оттолкнуть его, но неожиданно сильные руки притиснули ее к стене, скользнули под платье…

«О, черт!» — выругалась она про себя, вырываясь из лап ненавистного брахицефала. Охваченный страстью, Пеликанов затрясся от возбуждения и на миг ослабил хватку. Каким-то чудом Наташа вывернулась из его объятий, подбежала к лестнице и остановилась, обнаружив, что дверь закрыта. И тут она взяла себя в руки. Проклиная в душе Егора, Степанка, Пеликана и саму себя за то, что опрометчиво согласилась на авантюру, Наташа поправила свалившуюся с плеча лямочку, одернула подол и метнула гневный взгляд на взмокшего хозяина дома.

— Прекратите ко мне приставать, в конце концов! Что скажет Егор, и гости в особенности, если я появлюсь в таком растерзанном виде? Вам что, не хватает скандала накануне выборов?

Пеликанов виновато улыбнулся, развел руками:

— Свою ошибку понял и больше ее не повторю! — Он взял ее руку, поднес к губам и нежно поцеловал в ладонь. — Пойдем, я тебе один фокус покажу!

Вынув из внутреннего кармана узкую плоскую коробочку, похожую на пульт дистанционного управления телевизором, нажал одну из трех кнопок.

Невидимый луч устремился к невидимой точке на стене, часть которой тот час же вместе с полками отошла в сторону. Вслед за этим открылась дверь, стилизованная под верхнюю часть огромной деревянной бочки.

Пеликанов цепко ухватил ее за руку и повел по низкому, выложенному бетонными плитами туннелю. Он слабо освещался редкими люминесцентными светильниками и был настолько узок, что, продвигаясь вперед рядом с тщедушным проводником, Наташа то и дело касалась бедром серой шершавой стены.

Ход то шел вниз под уклон, то поднимался вверх, но ни разу не повернул, не изогнулся.

Наташа попробовала считать шаги, насчитала более трехсот, потом сбилась, начала снова, но впереди показалась новая металлическая дверь, и Наташа поняла, что это выход.

Пеликан снова поиграл кнопками на пульте, и дверь распахнулась, а он, как ребенок, довольный игрушкой, похвастался:

— Без этой штуки за эти двери никто не проникнет! А если и попробует, то — взрыв, обвал — и поминай как звали! Его мне в одном «ящике» сварганили. Настоящий золотой ключик!"

"«А ты — крыса Шушара!» — хотела сказать Наташа, вспомнив вдруг любимую сказку сыновей, но промолчала, справедливо рассудив, что в данный момент это самое разумное.

Не время сравнивать ее проводника с гадкой хозяйкой подземелья.

Из открытых дверей потянуло сыростью, и Наташа поняла, что ход вывел их к реке. На улице стояла глубокая ночь, пахло водорослями и мокрым песком. Где-то за ракитами едва слышно шуршали речные волны. Полчища комаров обрадовались нечаянному ужину и ринулись в атаку.