Сволочь! До сих пор Лоран вспоминал этот момент с болью в груди. Мне хотелось утешить мужа, поэтому как-то само собой поглаживания переросли в поцелуи, мои губы нащупали его. Едва чувствующаяся горечь отвара быстро растворилась в нашем поцелуе, сердечная боль Лорана превратилась в желание. Мы с трудом оторвались друг от друга.

— Тебе действительно не важно то, что я был вором? — немного отдышавшись, спросил Лоран.

— Не важно. Я люблю тебя таким, какой ты есть, — созналась я, — а потом, что было? Ты решил выучиться на некроманта?

— Да, решил. Мне хотелось уехать, а это была неплохая возможность, но мать не дала денег на школу. Я уж совсем отчаялся, самому такую сумму не заработать. Однако, ко мне пришел отец и сказал, что оплатил обучение на год вперед, — руки Лорана гладили меня по спине, я склонила голову на его плечо.

— И мать ничего по этому поводу не сделала?"

"— Мать не обрадовалась. Не сказать, что мы жили бедно, но лишних денег не водилось. А тут оплата обучения за год. Я благодарен папе. Мать он никогда не любил, но меня поддерживал.

— Погоди, — перебила я, — мне Амран рассказывал, что браки одобряет богиня, и бывает, что благословение не дается.

— Да, все правильно. В нашей семье, как раз такой брак. Просто по договоренности, капиталы матери и двух моих отцов объединили в один. Они несколько раз ходили в храм, но благословения так и не добились. Тем не менее, всем мама говорила, что Орния одобрила их брак. Сам я случайно узнал, что на самом деле благословения не было, да и не могло быть. Отцы не любили мать, а мама, кажется, только себя и любила.

Вот это свекровь, прости господи! Мамаша, елы-палы.

— А дальше все просто. Мне понравилось учиться. Я окончил школу шести стихий, перешел в академию, потом закончил ее с отличием, — продолжал Лоран, — Отец смог оплатить только три года моей учебы: два в школе, и год в академии, потом я стал зарабатывать сам. Еще стипендию выбил. Итрис тогда мне здорово помог. Семь лет в академии работал и учился без выходных. Каждый день с утра до вечера. Меня заметили, пригласили в аспирантуру, хорошо отозвались о моих научных разработках. Почти год я жил в рениверской пустоши, набирал материал, работал и работал. Дважды меня чуть не разорвали твари пустоши, но я выжил, кое-что придумал. После моего доклада на кафедре, меня попросили преподавать. Я согласился. Когда объявили отбор, то все, о чем я думал — увеличение резерва. Потом испытание, братание и титул барона, который нежданно-негаданно упал мне в руки.

Наверное, Лоран вспоминал, как Патария вручила ему баронство. На его лице обозначилась улыбка, по чувствам словно подул приятный ветерок.