Представшее ее взору зрелище могло удивить и более опытного человека.

Внутри располагалась небольшая, целиком покрытая свежей травой поляна. А среди зеленых побегов то там, то здесь высовывались колючие кусты, природу которых мог бы опознать любой дилетант. Ни цветов, ни даже бутонов на них не было, но первые листики уже пробивались.

— Сейчас трудно сказать, как они росли прежде, — сказала Эмили, — но понятно, что в центре всего был фонтан. Это типично для парковой архитектуры восемнадцатого века.

— Не хотите ли вы сказать, что этим розовым кустам двести лет? — невольно вырвалось у Дианы.

Потрясенная, она легко попалась в ловушку, которой так опасалась. Непростительно тем более, что, судя по книгам, в подобном случае не было ничего невероятного. Если вдуматься, здесь-то и заключался ответ на вопрос, заданный Энди прошлым вечером: именно так и были вновь открыты старые розы, когда они уже, казалось, полностью исчезли из каталогов и питомников.

И снова Эмили помогла ей выбраться из неприятной ситуации.

— Такое случалось. Помните розы Абигайль Адамс или те восхитительные цветы из Новой Зеландии, «Анаис сегалес», так, кажется, они назывались? Их обнаружила Нэнси Стин на заброшенных кладбищах. Многим было более ста лет. Да и в Америке их находили на руинах старых усадеб или на могилах. Об этом так романтично повествует в своей книге Томас Кристофер. — Она издала продолжительный вздох. — Мне бы очень хотелось думать, что некоторые из этих кустов ровесники дома. Однако вы можете видеть, что сад не был совсем заброшен. Иначе он превратился бы в непроходимые дебри. Возможно, самые старые розы засохли и были заменены молодыми. Здесь есть, как я знаю, по крайней мере одна классическая роза — осенняя дамасская, но едва ли можно определить ее возраст. Садовники времен колонии такой разновидностью не располагали, как и рядом других. В Прествулде у леди Скипвит были мраморные и капустные розы…

Диана вовремя сдержалась и не спросила, кто такая леди Скипвит. Порывшись в памяти, она вспомнила то, о чем говорила в этот момент Эмили.

Ей стоило немалого усилия изобразить из себя специалиста:"

"— Лучше подождать, пока появятся первые цветы. Тогда я буду точно знать, что мы имеем. Сейчас мне трудно что-либо сказать. Но, если вам верить, цветы будут только на тех кустах, которые появились в прошлом году.

Вглядевшись в погрустневшее лицо Эмили, она подумала, что проговорилась. Однако хозяйка не проявляла признаков подозрительности. В ее глазах читалось лишь разочарование.

— Я знала, что вы это скажете. Разумеется, вы правы, но мне так хотелось начать работать здесь… Но хотя бы прополку мы можем не откладывать?

— Конечно! — в этой реплике не было никакого риска.