Если набирала пару лишних килограммов, немного себя ограничивала и больше физкультурилась, пока все не приходило в норму. У меня даже весы пылью заросли, потому что контролировала вес исключительно одеждой.

А что хорошо пойдет к новогоднему пуншу и пирожным? Правильно, «Дневник Бриджит Джонс». Первый, разумеется. Кстати, там мне нравился вовсе не правильный, но нудный Дарси, а негодяйский, но чертовски обаятельный Кливер-Грант. Сама Бриджит… не, ну дурочка из переулочка, конечно, хотя какие-то моменты я прямо примеряла на себя — идеально по размеру. Одни труселя чего стоят!

А еще Бриджит всегда добавляла мне оптимизма, если свой вдруг обвисал.

Зато на следующий день я проснулась в соплищах и с ободранным изнутри горлом. Видимо, вчера слишком широко разевала рот и крепко обнималась со снежной бабой.

Что, Сонечка, доктора вызвать? Ветеринара?

Пикс ехидничал, но исправно работал грелкой. Музыкальной грелкой. Я где-то вычитала, что коты мурчат на лечебной частоте. Типа физиотерапия. Или, фелинотерапия, если по-умному.

Юра, которому пожаловалась посредством воцапа, посочувствовал, предложил сходить в аптеку и за продуктами.

Я отказалась, ответив, что лекарства есть, а еду вызову. То есть закажу.

Вызову еду? Это тебе так мысль про вызов ветеринара запала в голову?

Пикс, разумеется, не мог не поддеть коготком.

— Кот, ты достебешься! — пригрозила я хрипло.

Ну вот, начинается! Только что умирала, и пожалуйста. Пойду я лучше на елку полюбуюсь.

Вот же шантажист! Ну ничего, недолго тебе осталось понты гнуть, дабл-морда.

Чувствовала я себя среднепаршиво, но, к счастью, работы никакой не было, поэтому могла с чистой совестью немного погнить.

И даже погода испортилась, чтобы обошлось без сожалений: вот там солнце, а я разлагаюсь."

"К Рождеству я была уже как огурчик. И даже сходила в ближайшую церковь на ночную службу. Особо религиозной я не была, но ночная на Рождество — это тоже превратилось в традицию. Что-то такое… чудесное. Особенно возвращаться потом домой, когда снег так празднично хрустит под ногами, а в ушах снова и снова повторяется такое же хрусткое: «Христос раждается, славите, Христос с небес — срящите!» Смешное слово «срящите», а на самом деле — «встречайте».

Раньше ходили с бабушкой. Возвращались ближе к утру, выпивали по рюмочке вишневой наливки, съедали по кусочку рождественского кекса — штоллена. Ох, какие же они у бабушки получались вкусные! И рецепт у меня остался, но я каждый раз забывала, что их надо печь за месяц и выставлять на холод созревать.

В общем, выпила бокал вина, съела бутер с копченой колбасой и забила напоминалку в телефон на шестое декабря: испечь штоллен.

Восьмого числа я сняла с елки игрушки, мишуру и гирлянду, сложила в чемоданчик.