— И что? Если у нас все будет плохо, тебе станет легче?

— Нет, но…

— Мика, я прекрасно понимаю, что тебе плохо, но придется как-то пережить. Желательно не кусая при этом окружающих. Несчастная любовь — это та болезнь, которой практически никому не удается избежать.

— Да? И у тебя было? — Она недоверчиво сдвинула брови.

— Не один раз. И первый тоже в десять лет.

— И что?

— Ничего. Жива, как видишь, — усмехнулась я.

— И что делать? Чтобы отвлечься?

— Я могу сказать, но тебе не понравится.

— Скажи! — потребовала Мика.

— Уборкой займись.

— Ты что, издеваешься, Соня? — Ее губы задрожали.

— Ни капли. Попробуй.

Я и правда не шутила и не издевалась. Странно, но это работает. Не только у меня. Видимо, когда приводишь в порядок пространство вокруг себя, заодно очищаешь и мысли от негатива. Насколько это возможно, конечно.

Во всяком случае, сидеть и вытирать ей сопли я не собиралась. Можно и нужно посочувствовать, но дальше человек должен справиться сам. Неважно, сколько ему лет, десять или тридцать.

Убирая со стола после завтрака, я обнаружила в мусорнике полукилограммовое ведро от орехового пломбира с карамелью.

Ведерко, говоришь? Умять полкило мороженого — это сильно! И ведь ничего не слиплось. Или к ней кто-то приходил? Да нет, вряд ли. Да и Пикс наверняка сдал бы ее с потрохами.

До обеда мы валялись на диване, положив кота себе под бок. Тот притворялся суровым, но я-то видела, как он жмурился, когда Сережа чесал ему бок пальцем ноги. В общем, кот сдался на милость победителя, но мне показывать этого не хотел. Держал марку.

Настоящая химера! Понторез!

— Она там что, пылесосит? — удивился Сережа.

Прислушавшись к звукам из-за стены, я подтвердила:

— Да, похоже на то. Я ей навешала, что лучшее лекарство от несчастной любви — это уборка. Она не поверила, но, походу, решила проверить.

— Что, правда лучшее?

— Ну как тебе сказать? Симптоматическое. Но лучше в комплексе: не только уборка, но еще шопинг, мороженое, кино, ванна с бокалом вина. А мальчики что делают в таких случаях?

— Бухают, — ответил он на самых серьезных щах. — Или идут искать другую девочку.

— Что, правда? — Я постаралась как можно точнее скопировать его интонацию.

— Кто-то да, кто-то нет.

— А ты?

— Садился в машину и ехал куда глаза глядят. А еще работал. Знаешь, звери — они лечат. Ты их, они тебя.

Пикс невнятно муркнул.

— Серый, ты такой классный, — поддержала я.

— Спасибо, Сонь, — все так же серьезно ответил он. — Ты тоже ничего.

Обедать Мика пришла уже пободрее. Кажется, и правда немного отпустило. И когда я предложила пойти с нами погулять, пусть и без особого энтузиазма, но согласилась. Сережа при этом посмотрел на меня искоса: вряд ли ему это понравилось. Однако возражать не стал, и это уже понравилось мне.