Успокоившись и перестав винить себя за то, что не избавился от меня раньше, он, должно быть, понял самое важное: хоть я и вступала в брак без гроша в кармане, в случае его расторжения могла по закону получить половину имущества Кая.

Или все, если вдруг моего муженька преждевременно переедет автобус.

Заметив меня, с амвона спустился седовласый священник в очках. Он быстро преодолел маленькую лестницу и занял место в центре перед алтарем, после чего нервно посмотрел на Кая, вероятно осознав, насколько ненормальной была эта «церемония».

Кай опустил скрещенные на груди руки и со скептическим выражением лица смерил меня взглядом.

Подойдя ближе, он кивнул, и мы оба подошли к священнику.

– Ты надела платье, – едва слышно произнес парень. – Я удивлен.

Сволочь.

Я мило улыбнулась высокому мужчине, стоявшему перед нами, рассматривая его роскошную белую ризу с золотой отделкой.

– Никогда не носила платья, – ответила я тихо. – То есть вечерние платья. А так как замуж я выйду всего один раз…

– О, выйдя замуж за меня, ты получишь массу поводов для вечерних платьев, – уверил он. – Я планирую сделать этот брак максимально мучительным для тебя.

Вздернув подбородок, я парировала:

– Валяй, пока есть возможность. Уверена, вскоре я овдовею.

Кай тихо засмеялся, но не продолжил нашу перебранку.

Священник окинул взглядом жалкую кучку приглашенных.

– Внемли молитвам нашим, Господь, – провозгласил он, разведя руки в стороны, – и в милости Своей благослови рабов Твоих, Кая и Никову, представших перед алтарем Твоим, дабы поклясться в любви друг к дру…

– Переходите к клятвам, – процедил Кай.

Священник осекся и с растерянным видом посмотрел на него.

Я едва не прыснула от смеха. Бедняга. Хотя было странно слышать свое полное имя. Никто его не использовал, кроме мамы и Дэймона, да и те называли меня просто Ник.

Отцу мое полное имя не нравилось, поэтому я привыкла к «Бэнкс» – оно отражало то, кем я теперь являлась.

Святой Отец прокашлялся и сделал глубокий вдох.

– Кай и Никова, хотите ли вы вступить в брак без всякого принуждения, по доброй воле и взаимному согласию?

– Да, – ответил Кай.

Я замешкалась, но кивнула, ощущая гнетущее присутствие Гэбриэла.

– Да.

– Готовы ли вы любить и уважать друг друга до конца дней своих?

– Да, – нетерпеливо прошипел Кай. – Готов.

Сердце екнуло. Боже, это действительно происходит?

– Да, – ответила я.

Майкл замер. Реакции Уилла у себя за спиной я не уловила, зато слышала, как слева беспрестанно ерзала на месте Рика.

– Готовы ли вы с любовью принять детей, посланных вам Господом, и воспитывать их согласно учению Христа и Церкви Его?

Что? Мой взгляд метнулся к Каю. Тот смотрел на пастора, приподняв бровь.

Черта с два.