— Покажи, — приказывает Мирон Львович.

Убирает бурый платок. Губа на месте, но жутко опухла, а на ране полумесяцем запеклась кровь. Мирон Львович недовольно кривится, и Виталий разочарованно говорит:

— Столько криков было, и даже швов не надо накладывать.

— Я старалась, — возмущенно фыркаю я, уловив в голосе Виталия осуждение.

Мирон Львович опять смотрит на меня под крики из телефона. И я не могу понять: он возмущен, восхищен или разочарован. А чего ты хотел? Работа — нервная, начальник — циничный и бессердечный подлец с большими аппетитами на мою милую попку, а его бывшая сначала угрожает застрелить и после плетет какие-то глупые и нелепые интриги.

Детский сад, одним словом."

"— А какой конкретно у тебя был план? — интересуюсь у Анжелы, которая влюбленно смотрит на Мирона Львовича. — Отправить видео, на котором твой друг отыгрывает… ммм… кого?

— Вот мне тоже интересно, — тот с издевкой изгибает бровь.

— Она меня избила! — взвизгивает Анжела, игнорируя вопрос. — Мирон!

— Скажи спасибо, что рядом оказался Виталий, — Мирон Львович щурится и откладывает телефон. — Анжела, ты за кого меня держишь? За дурачка?

— Нет…

— А что это за инсценировка тогда?

Мирон Львович говорит с Анжелой, как недовольный учитель с неразумной ученицей.

И нет в его глазах ни тени любви, только разочарование.

— Я люблю тебя…

— Да, Господи! — фыркает Мирон Львович и откидывается на спинку кресла, всплеснув рукой. — Довольно! Я повторяю! Я устал от тебя и твоих истерик! Анжела, учись нести ответственность за ошибки. Ты ведь не маленькая девочка, чтобы все тебя прощали за слезы!

В кабинет вваливается полный бритоголовый мужчина с круглым и щекастым лицом.

На груди — толстая золотая цепь, а на пальцах перстни. Зыркает на притихшую Анжелу и энергично шагает к столу. За руку здоровается с Мироном Львовичем и Виталием. Я удивлена, что простому водителю оказана такая честь.

— Па, — пищит Анжела.

Охаю. Она точно пошла в мать, потому что я не вижу сходства с разжиревшим буйволом.

— Что опять? — строго спрашивает он у Мирона Львовича, который кивает на смартфон.

Съеживаюсь. Мне сейчас точно прилетит. Антон выхватает телефон, наводит его на лицо притихшей дочери, чтобы разблокировать, и сосредоточенно пялится в экран.

Опять крики и визги.

— Я не понял, — он переводит злой взгляд на меня. — Что это?

Из меня вновь лезет хладнокровная стерва, и я веду плечом:

— А вы как думаете?

— А она кто? — мужчина смотрит на Мирона Львовича.

— Моя секретарша, на которую Анжела натравила этого щеголя, — разводит руками в стороны.

— А ты тогда кто? — Антон переводит взгляд на молчаливого парня.

— Глеб, — тот съеживается и втягивает голову в плечи. — Анжела обещала заплатить за услугу, а мне откусили губу.

— Покажи.