Поначалу он расстроился, что не застал хозяина, но потом успокоился, когда понял, что имеет дело с Артефактором. Диалог двух коллег складывался плохо, Вася потел и пытался говорить вежливо и прилично. Дело пошло на лад после того, как Волгодонов увидел костяные артефакты, сделанные Василием, и высказал своё восхищение этой поистине уникальной разработке. В какой-то момент Вася не сдержался и ляпнул, что-то типа «в натуре, бля!». После этого покраснел, побледнел, и в ужасе уставился на благородного аристо, который со странным выражением лица наблюдал за ним.

А вот после этого случилось непонятное. Благородный граф Волгодонов сходу перешёл на дворовой жаргон, и с удовольствием рассказал, что был у него период жизни, когда он пошёл против воли родителей, оказался на улице, ну, и делал тогда что-то такое, о чём лучше не распространяться. Зато Вася понял, что Волгодонов глубоко в теме. Волгодонов сумел расслабить Василия, и дальше разговор тёк легко и непринужденно, перемежаясь словечками, типа «авторитет», «шняга», «барыга», и прочее.

Собственно, оказалось, что и Вася был не против хорошей рыбалки. В трудные времена, когда денег совсем нифига, в каналах Невы они не брезговали натягать рыбы, чтобы успокоить урчащий от голода живот.

Они проследовали к ставку, который за ночь выкопали дети Красивой, наполнив ее водой, а гвардейцы опустошили пару траулеров с рыбой, выкупив ее у местных."

"Когда они закидывали удочку, и через секунду на пяти крючках у них висели четыре рыбины, Волгодонов плюнул и сказал, что такая рыбалка ему неинтересна. После чего они отправились на берег Байкала, и вот там уже граф открылся с нужной стороны.

Вася несмело предложил накатить, потому что на «сухую» рыбалка — это не рыбалка, на что тот с удовольствием согласился. В итоге, через пятнадцать минут тут же образовались кореша — Пузо и Жбан, с накрытой поляной и ледяной водочкой, а вечер заиграл яркими красками. Пьяненький Василий обнимался с «Сергеичем», признавался в любви и уважении, пел песни и прикидывал, как на полученную премию он купит колечко своей Настюхе.

* * *

— Бурбулис, сука, ты что, раскодировался⁈ — не выдержал я.

В ответ раздался короткий смешок.

— «Сука», Александро, для твоего сведения — это самка собаки. Если же ты хочешь так называть, то будь добр называть меня кобелём. Гы-гы…

— Точно раскодировался… кобель! — вздохнул я. — А ну, дыхни в трубку!

— В смысле, дыхни в трубку? — удивился Бурбулис.

— В коромысле! Дыши давай.

Я услышал осторожный выдох.

— Странно, — удивился я. — Точно не пил.

— Александро, — голос Бурбулиса был очень удивлённым. — А как ты умеешь определять содержание алкоголя на расстоянии?

— Да никак, — я всё ещё был в недоумении.