"

"Мне сложно описать это существо по многим причинам. Одна из них — просто невозможно его описать словами. У него были ноги, крылья, щупальца, множество глаз, и сотни ртов. С его глупым видом можно только сравнить опасность, которую оно из себя представляет. В реальном мире я, наверное, не рискнул бы его выпускать. Даже будь я на пике своего могущества, все равно сомнения остались бы. Но тут… Тут правила другие, и здесь главной силой являюсь я.

Хтоническая тварь завизжала, и попыталась оказать сопротивление, но получив звонкую оплеуху, быстро подчинилась и помчалась за Пересмешницей. И очень быстро ее догнала. Дальше было много боли и криков, настолько искренних, и самое главное, что от ее насмешек не осталось и следа. Стоило твари умереть, как состояние Хельги заметно улучшилось. Но далеко еще до идеала. Для этого я здесь, чтобы ее подлатать. И я знал, как это сделать. Возвращаемся к плану «А».

Подойдя к девушке, которая мало что сейчас понимала, а может, вообще, ничего, я вздохнул и щелкнул пальцами. Ее верхняя одежда пропала, оголив спину. Да-да, именно спину. Захватив контроль над этим местом, теперь здесь я Бог. Одежда оставалась только на передней части туловища у девушки, а спина была полностью голой. Затем несколько минут я все проверял, и только после этого приступил к работе. Процедура была сложной, но интересной. Мне нужно нанести на ее нестабильную душу Печать Регенерации. Сама печать не требует много энергии, но сколько нужно вложить в нее знаний и опыта. Боюсь, что даже мне будет сложно с этим справиться. Но зато, если не убью ее при нанесении печати, то она будет иметь две регенерации. Душевную и телесную. Возможно, даже самую лучшую регенерацию в этом мире, потому-что мне придется поделиться с ней частичкой своей души. Душой Охотника…

Дворец Ульриха

Коридор возле спальни Хельги

— НЕТ! — повысила голос Лагерта.

Она, конечно, не привыкла повышать голос на мужа, но иногда очень даже умела. А все дело в том, что они ощутили, как что-то ужасное происходит в спальне их дочери. Эту жуткую энергию тяжело было не заметить. Она буквально вырывалась из спальни, что заставило потерять голову беспокойного отца напрочь.

— Но вдруг ей нужна наша помощь⁈ — Ульрих знал, что когда его жена повышает голос и выпускает свою ауру, то даже ему лучше прислушаться к ней.

Да что там Ульрих… Весь дворец знал, что Лагерта дважды не повторяет. Хотя она очень добрая и спокойная женщина, но она королева и мать. А их лучше никогда не злить.

— Стой и жди, чем все закончится, — не слушала она мужа. — Александр сказал ждать, значит, так мы и поступим.

— Но…

— Никаких но!

Она прекрасно понимала его, но дочь для нее была слишком важна, чтобы все испортить.