Разово, — подсказала мне Ольга. — А если совет примет нужное нам решение, то можно подумать и о постоянной основе. Выкупим землю у Борромео и превратим в местное посольство атласов».

Океаниды заметили, что и мы общаемся между собой, но подслушать нас телепатически им не удалось, что стало для них сюрпризом.

— У вас какая-то особая связь? Она не имеет телепатической или ментальной природы? — нахмурился главный переговорщик.

— Верно, но у нас есть для вас альтернативное предложение…

Я повторил предложение Ольги и указал на вторую жемчужину.

— Мы не врём. И к тому же, сейчас единственные имеем доступ к вашей святыне.

Ваша жемчужина — тому подтверждение."

"— Это шантаж чистой воды, — отчего-то разозлился океанид, и его кожа начала стремительно наливаться синевой. — Так и знал, что сотрудничеством в вашем случае и не пахнет. В вас слишком много от людей.

— Вот здесь вы не правы! — возразил я. — На вашей первой родине мы частично восстановили Око, не став использовать его для усиления и не дав другим людям его варварски разрушить или ослабить. На вашей второй родине я остановил уничтожение вашего океана.

Делалось это абсолютно бескорыстно. В ответ же я попросил лишь поделиться информацией, ведь обе мои родины находятся на грани войны с техносами. Любое сотрудничество должно быть взаимовыгодным, иначе оно становится эксплуатацией одной стороны другой стороной. Видимо, понятие благодарности не ведомо братьям воды, а собой пользоваться я не дам. — Я подхватил жемчужину из Ока Сахары с песка и открыл портал в Виноградовку, прикрывая уход супруги и сестры. — Поэтому, как только речь действительно зайдёт о взаимном сотрудничестве, а не об эксплуатации, свяжитесь со мной.

* * *Паранойя — очень полезная вещь, когда вращаешься в кругу Высших и планируешь не только встать на одну ступень с ними, но перерасти их.

Поэтому Саптама сейчас сидел в собственном бункере в джунглях одного малоразвитого и почти необитаемого мира. Схрон был рассчитан на пару лет уединённой жизни, но сейчас столько и не требовалось. Всё, что необходимо было сделать Саптаме, это перепроверить цепочку ошибок в последовательности вероятностей, построенной математической моделью.

Чем глубже погружался Саптама в отчеты ошибок, тем меньше понимал.

Модель выдавала лишь единственный вариант для столь скорого возвышения — перерождение души Высшего после смерти. Подобной страховке их учили даже в Обители: кровные маяки, спрятанные в разных мирах и активирующиеся при смерти носителя для притяжения души. Но при такой технике душа всё же теряет значительную часть силы и знаний. Взбираться на вершину мастерства приходилось по новой. А это небыстро и далеко не всем под силу. К тому же, необходимо было найти подходящий сосуд.