Они с Борромео подписали смертный приговор графам Занзара, но судьба будто в насмешку так или иначе продолжала сталкивать их с последователями кровососущего бога.

Когда сын, по глупости и молодости схлопотавший проклятие, вернулся из империи русов свободным, Алесандро вздохнул с облегчением. Но когда услышал, кому сын обязан был излечением, то чуть не застонал от досады. Снова эти поклонники крови. Сегодня же Микаэль порадовал его возвратом «Слезы Бьянки», но при этом сын будто бы был огорчён. Вспоминая разговор с наследником, Алесандро разве что не скрипел зубами.

— Величие и безопасность семьи всегда стоят на первом месте, — Микаэль потягивал вино, разглядывая рубиновые блики огня в бокале. — Но я почему-то чувствую себя обязанным графу Комарину. Мои действия так или иначе могут навредить его роду.

— Мы четыре сотни лет назад уже участвовали в уничтожении Занзара, выкинь эту мелочь из головы, — отмахнулся князь. — Они сами опростоволосились. Не увидел бы ты, увидел кто-то другой и получил бы из этого свою выгоду. Меня больше интересует портал. Такой артефакт нам не помешал бы.

— Но ведь они тоже родная кровь, хоть и сильно разбавленная, — возразил наследник дель Ува, испытывая смутное беспокойство вместо радости и удовлетворения от обретения родовой реликвии.

— Разбавленное вино не чета напитку из согретой солнцем и напитанной жизнью лозы, — отрезал Алесандро.

— Поговаривают, что они восстанавливают виноделие на землях княгини Кираны. У нас скоро появится конкурент, — перевёл разговор на другую тему сын.

— Сколько ещё времени пройдёт, пока они воссоздадут утраченное наследие, — отмахнулся князь, неосознанно рукой поглаживая горный хрусталь в огранке капли.

Ему до сих пор не верилось, что удалось вернуть в род слезу.

— Не скажи, ещё Комарин выкупил земли и селекционный материал, толковые маги жизни и селекционеры у них есть, так что не стоит сбрасывать их со счетов.

— Да что ты заладил Комарин и Комарин, у нас есть дела поважнее. Нужно подобрать тебе первую невесту. Мы здесь собрали самых видных магичек жизни, — отец передал Микаэлю альбом с искусными гравюрами.

Наследник рода дель Ува начал пролистывать изображения одно за другим, отделываясь короткими комментариями:

— Эту пробовал на свадьбе Борромео, эту — в Миланской опере, эта… эта даже не стала дожидаться уединения, разрешив разложить себя прямо в карете и усыпив матрону… Продолжать?

— Да какая к демонам разница? — вспылил князь.

— Где ты собрался девственницу искать? И даже если найдёшь, где гарантия, что она не восстановленная? Лекари и маги жизни провернуть подобное могут на раз. Твою сестру уже третий раз так замуж выдают.

— Я нашёл одну, — буркнул Микаэль, вспоминая княгиню Виноградову.