Я выждал с минуту и кивнул Татьяне. Та уже более смело шагнула вперёд. Остальные остались дожидаться нас в автомобиле, пожелав удачи.

Замок на самом деле представлял собой небольшой город со всеми необходимыми ремесленными и хозяйственными постройками. Интересно, что при отсутствии настоящего хозяина уже почти две сотни лет, внутри было относительно чисто, не было следов разрухи и запустения. Даже сквозь брусчатку мостовой не пробивалась трава. Как так? Складывалось впечатление, что все жители разом покинули замок и вот-вот должны вернуться.

Мы с Татьяной с интересом глазели по сторонам. Как ни крути, но этот замок был живым напоминанием о наших общих корнях. Казалось бы, род — это носители одной крови, славящие общего покровителя и живущие под его защитой, но здесь и сейчас мы были членами рода Комариных и одновременно последними побегами некогда великого княжеского рода Виноградовых. Всё былое величие наших предков взирало на нас с немым укором.

— Чувствуешь это? — спросил у Татьяны, расправляя плечи, на которые разом навалилась дикая тяжесть.

— Что? — тётка с удивлением взирала на меня, не понимая, о чём я толкую. Она вполне спокойно ходила, осматриваясь вокруг.

Мы практически дошли до второй линии обороны. Та была ещё выше, чем предыдущая, ведь основанием для неё служила шестиметровая скала, гладкая как стекло.

— Маги здорово постарались! — Татьяна с восхищением провела пальцами по абсолютно гладкой поверхности. Она говорила что-то ещё, но я уже практически не слышал её.

Голову сковал обруч боли, спину ломило от неимоверной тяжести, а ведь это лишь второй ярус. С таким успехом до башни мне не дойти. Колени подогнулись, и я осел на мостовую. Пальцы практически не слушались меня, когда я вынимал тонкий стилет из ножен и вскрывал себе вену на запястье.

«Умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт», — так, кажется, говорил старик-учитель в сиротском приюте.

Я отрешился от внешних ощущений, сосредоточившись на том, что мне подвластно: горячая кровь и холодная сталь. Пальцы сами рисовали кровью вязь давно забытых рун. Гладкая стена впитывала мои художества, не желая оставлять и следа на себе, но я видел сложнейший чертёж ритуала внутренним взором. Капля за каплей, мазок за мазком, руна за руной я проникал в силовой конструкт защиты замка, пытаясь его подчинить по праву крови и силы, когда услышал абсолютно незнакомый голос:

— Ты не пройдёшь! Отрекись от ложного бога и прими наследие Винограда, достойный потомок!

Глава 3"

"Ну, а на что я надеялся с моим везением божественного уровня? Что вот так взломаю защиту замка и маршем пройду до алтаря рода, поклоняясь другому божеству? Хер там! Опять попал. Вот только куда?

Я огляделся.