Дикий крик человека заглушил хруст сломанных костей, дубина пропеллером пролетела над головой Данилы, а на него самого налетел ничего не соображавший разбойник с выпученными глазами и, считай, сам себя насадил на меч по самую рукоять. Молодцов растерялся, когда понял, что не может высвободить оружие. А враг был рядышком, кричал за тонкой кромкой щита, плевался кровью и не думал умирать. Данила шестым чувством уловил движение за спиной: тать! Тот самый, которому Молодцов срезал пальцы в начале схватки, сейчас он уверенно приближался к нему и явно с нехорошими намерениями, судя по секире, которую держал в левой руке.

Ситуация аховая, но выкручиваться как-то было надо. И Данила выкрутился – пробил уширо прямо в живот врагу, отчего тот воспарил в воздух и пролетел пару метров. Тут только обережник догадался крутануть рукоять меча: разбойник, повисший на нём, сразу же захрипел, стал оседать вниз, а Молодцов с трудом потянул оружие вверх и высвободил меч.

Огляделся: пятеро лучников, встав на колени, натягивали луки, два шевелящихся «сугроба», бурых от крови, вокруг них валялись и стенали пяток разбойников.

В кустах мелькали ещё люди с копьями, но тут щёлкнули тетивы, и любоваться пейзажем стало некогда. Молодцов прыгнул в сторону, укрылся от смертоносного града за щитом. В дерево стукнуло только дважды. Данила спрятался сначала за одним дубом, потом за следующим, стал прыгать, как заяц. А враги, видать, подумали, что он и есть заяц: где-то на четвёртом прыжке Молодцов увидел перед собой храбреца, который в одиночку замахивался на него копьём. Не раздумывая, Данила зафигачил в него щитом – всё равно в лесу он только мешаться будет. Деревянный диск весом в несколько килограммов сработал не хуже копья и вырубил татя напрочь.

Молодцов на бегу подхватил его копьецо и рванул в лес. Направление он выбирал в обход полянки, с тем, чтобы опять выйти к ручью, а там добраться до деревни Кумаря или до него самого. В случае чего, на ручейке и обороняться будет удобно. Эти небось по двое-трое поостерегутся на него нападать. Мозг тем временем проводил аналитическую работу, выдавая информацию: Клека и Шибриду видно не было, но кто же ещё мог лежать на полянке, заваленный сетями в окружении посечённых разбойников.

Его, Данилу, хотели взять живым, значит, и варягов взяли живьём. Зачем? Пока не имеет значения. Варягов убивать не будут, по крайней мере, в ближайшее время. Значит, он, Данила, должен выжить, проследить, куда уведут его друзей, а там по обстоятельствам: либо выкупить, либо освободить, либо запугать.

Если бы на его месте был Воислав или Скорохват, они бы не задумываясь повернули назад, покрошили бы эти полтора десятка татей и уже вечером травили по этому поводу байки за кружкой пива.