— Занимались местными разборками с бандой. Знаешь, у меня такое ощущение, что если мы завтра арестуем дьявола, то и его некоторые личности объявят борцом с режимом.

— Опять политика? — хмыкнул Володя.

— Она самая. Разбирались с одной группировкой, которая решила, что ей не помешают собственные боевые отряды.

— А вы…

— У нас никто не пострадал, не волнуйся.

— Ну и слава богу.

К сожалению, эта встреча действительно оказалась последней — через три часа Леониду Львовичу нужно было лететь в Москву получать очередное задание. Как он объяснил, ему с трудом удалось добиться небольшого выходного, чтобы попрощаться с Володей.

Мальчик пожелал ему удачи, а потом ещё долго стоял у стекла, глядя на закрытую дверь, через которую ушёл майор Линьков. Провёл рукой по глазам, но те были совершенно сухи. Мальчик вздохнул. Сейчас ему хотелось броситься на кровать и разреветься. Или хотя бы просто поплакать, быть не разведчиком в чужом мире, а обычным тринадцатилетним мальчишкой. Психологи говорят, что после того, как поплачешь — становится легче. Увы, он лишён возможности проверить это утверждение.

За несколько дней до окончания карантина к нему пришёл Александр Петрович.

Нет, он и раньше к нему приходил каждый день, но на этот раз явился лично.

— Вы? — удивился Володя, когда Александр Петрович вышел из дезинфекционной камеры. — А как же карантин?

Полковник оглядел предоставленный ему костюм и поморщился.

— Ну и воняет от него, — заметил он, вытаскивая большую и явно тяжёлую сумку. — А карантин… медики перестраховываются, как обычно. Собственно, карантин уже можно прекращать, только наши умники ещё не подобрали подходящий мир.

— Меня всегда интересовало, как они это делают, если не могут туда заглянуть, кроме как с помощью робота. А это ведь не самый быстрый способ.

— Как они мне объяснили, — полковник с облегчением сунул сумку в угол комнаты, а сам плюхнулся в кресло. Володя сел на кровать, приготовившись слушать, — всё дело в параметрах мира, которые можно снимать и отсюда. Давление там и ещё что-то, чему даже название не придумали. Как я понял, совокупность всех этих данных позволяет оценивать мир и степень развития цивилизации, если таковая есть.

— Это как? — Володя нахмурился, пытаясь понять, по каким показателям можно оценить степень развития цивилизации. Ну можно уровень CO2 снимать, но это же не показатель, на Земле в разные эпохи он отличался.

— Понятия не имею, — честно ответил Александр Петрович. — Я пытался разобраться, но запомнилось плохо. Сам принцип прокола «окна» настолько сложен, что до сих пор его механизм до конца не ясен — эффект открыли совершенно случайно. Мы сейчас как те обезьяны, которым показали, на какие кнопки нажимать.