Настя сверлила взглядом меня, Пуся в полнейшей растерянности стояла возле дивана с видом типичной шестнадцатилетней девочки, которую совершенно случайно застукали родители во время её нескромного поцелуя с крутым парнем, а я… я соображал, как выкрутится из этой максимально неловкой ситуации.

— Владимир Аркадьевич. У вас что-то со слухом? — продолжая дружелюбно улыбаться, спросила Шанго.

— Всё в порядке. — я поднялся и начал застёгивать рубашку: — Просто не привык, что вы… можете вот так запросто общаться со мной. Вы же у нас сама неприкосновенность!

— Владимир Аркадьевич. — Настя улыбнулась ещё шире, а затем хрустнула костяшками кулаков: — Не испытывайте моё терпение. Я не люблю, когда ученики не подчиняются мне."

"— Извините, Госпожа Долгорукова… — кажется, до Пуси наконец-то дошло, что в её дом вот так запросто ворвалась студентка. Ведьма тут же ожила, нахмурилась и крайне недовольно посмотрела на Императрицу: — Я, конечно, всё понимаю. У вас подготовка к турниру… И это личная просьба ректора. Но сейчас вы находитесь в моём доме. Кто разрешил вам открывать дверь и врываться внутрь? Вдруг я занималась бы… чем-то личным?

— Личным? — Настя медленно наклонила голову вбок и посмотрела на Пусю прожигающим взглядом: — Это чем-таким личным может заниматься преподаватель с первокурсником? М? Мне очень интересно, Госпожа Фёдорова. А ещё интересно, почему на этом самом первокурснике расстёгнута одежда.

— А это, Госпожа Долгорукова — вас не касается! — Пуся подошла к Настя и злобно посмотрела в глаза: — Выйдите и зайдите так, как положено! Иначе я сделаю вам официальный выговор.

У-у-у-у-у… Кажется, запахло жаренным.

— Вы не в том положении, чтобы мне приказывать, Госпожа Фёдорова. — Настя хотела схватить Пелагею, но резко передумала и продолжила дружелюбно улыбаться: — Я могу немедленно пойти к ректору и доложить, что преподаватель заманил студента к себе в дом. Как думаете, Госпожа Мавра будет счастлива узнать о том, что один из ведущих преподавателей совращает несовершеннолетних? Вы же знаменитая Ведьма Его Императорского Величества. Не уверен, что Михаилу Алексеевичу понравится история с развращением маленького мальчика.

И тут я заметил, что Шанго расслабилась. Напряжённость мгновенно ушла. Теперь Императрица чуть ли не в открытую подшучивала над Пусей.

— Вообще-то, я проверяла его старую травму. Как вы можете обвинять меня в развращении студентов?! Мне уже сто двадцать лет! — возмутилась Ведьма. Вот ведь, а? Врёт и не краснеет: — Да и… маленькие мальчики не в моём вкусе. Уж извините!

Ещё одна жестокая ложь. Мне кажется, что Пуся никогда так много не врала за раз.