— Простите… — виновато извинилась Рудольф, которая сегодня выполняла роль первого водителя.

Кстати, позади нас ехал Колобок. Он выступал в роли сопровождения и должен был потом увезти Лилит, ибо выглядели машины крайне ненадёжно. Наша могла внезапно заглохнуть.

Кроме сомнительного качества сборки, «Люблэн» оказался ещё и самым компактным четырёхместным моколем из всех, что я здесь видел. Нет, были машинки и меньше. Например — спортивные болиды или старенькие родстеры. Но те — двухместные! Так что не считается.

Да и вообще — «Люблэн» показался мне олицетворением того, как не надо делать автомобили.

Цена — нереальная! Хотя Колобок утверждал, что изначально машины данной марки создавались исключительно для простолюдинов.

Да — качество материалов и стиль говорили о том, что «Люблэн» действительно дешёвая машина. Именно — дешёвая! Не знаю, как уж так вышло, но ценник на неё реально задрали будь здоров. Я даже специально проверил через телефон в сети.

Да за такие деньги можно взять хороший родстер, или хотя бы японский кабриолет… Но вот этот ужас — нет, увольте.

По размерам «Люблэн» даже до фаэтона не дотягивал.

Максимум — седаны второй группы, которые в других развитых мирах использовали, как такси.

— Ну, если Бизон не соврал… то поворот, где-то здесь. — произнесла Устинья, внимательно изучая карту.

— Дай сюда! — придерживая тонкий обод руля, фыркнула Руд и посмотрела на маршрут: — Так вот же он!

Мы свернули на просёлочную дорогу. Подвеска тут же начала сходить с ума, подкидывая машину, а затем силком уводя её в сторону.

— И, как поляки вообще могут передвигаться на этих вёдрах… — недовольно отозвалась Лина, придерживаясь за верхнюю ручку.

— Польские аристократы предпочитают «Мерседес-Бенц» или «Майбах». А «Люблэн» отдали военным. — пояснила Рудольф.

— Не повезло ребятам… — тяжко вздохнула волчица.

Спустя несколько минут мы «допрыгали» до старого колодца, который успел покрыться мхом.

— Так-так-так… — я осветил дно фонарём: — Падать недолго!

— Вот уж нет! — волчица вытащила из багажника верёвку: — Военная предусмотрительность.

— Ты — чудо! Мур-мя! — обрадовалась Устинья: — Без верёвки точно бы не полезла. Там на дне — вода!

— И, что? — я вопросительно посмотрел на кошку.

— А то! Забыл, кто я? Мне положено ненавидеть воду!

— Ты в ванной зависаешь не многим меньше Лины. — возмутился я.

— Вкусняш! Ты — не понимаешь. Это — другое! Мур-мя!

— Ла-адно. Другое — так другое. Я пойду первым. — закрепив трос за металлическую стойку возле кирпичной кладки, я убедился в надёжности всего этого мероприятия, а затем начал плавно спускаться вниз. Честно говоря — вонь там стояла просто отвратительная. Как будто стухло несколько десятков яиц… Мерзость.

Глубина воды была относительно небольшая.