Я ее своей дочерью признаю, и делу конец. Все по обычаю!

— А так можно, что ли? — слегка растерялся Самослав.

— Можно, конечно, — удивленно посмотрел на него Гарибальд. — Вон, король Австразии Теодеберт, внук старухи Брунгильды, тот, который свою первую жену до смерти забил. Он тоже от служанки был рожден. Никто и не помнит, как ее звали. Правда, его потом родной братец Теодорих зарубить велел. А племянника принца и вовсе за ноги схватил и башкой об камень стукнул. Да ты должен эту смешную историю помнить, это же лет десять назад было. Демоны с этими франками, это их семейные дела.

Расплодились тогда эти проклятые Меровинги так, что на всех уже королевств не хватало. Так что, у нас, германцев, важно, кто отец, а не кто мать. Да хоть она распоследняя рабыня будет, все равно ребенок законный, если отец того захочет.

— Ну, я даже не знаю…, - промямлил Самослав, который не был сторонником полигамии, а местный семейный кодекс его слегка шокировал. Он был слишком непривычен для человека из двадцать первого века. Да и женить ребенка, которому всего три года стукнуло, он считал слегка преждевременным. — Давай, если моя жена дочь родит, то она за твоего сына пойдет.

А детей от служанок мне не надобно. Не хочу, чтобы твоя служанка моей тещей была. У меня с тещами отношения не очень складываются. Одну так до сих пор ищут…

— А зачем ищут? — полюбопытствовал Гарибальд.

— Да я обещал ее в жертву Моране принести, — честно признался Самослав. — Ее муж меня предал. Никак нельзя ее в живых оставить. Кровная месть, сам понимаешь…

— Да, я погляжу, у вас тут тоже весело бывает, — с немалым интересом посмотрел на него Гарибальд. — А я думал, что только короли франков свою родню без конца режут.

А у вендов тоже затейные обычаи есть, оказывается. Ну, не хочешь мою дочь, так и не надо, — великодушно согласился Гарибальд. — Когда пировать будем?

— Как похороним всех, — ответил Само. — Надо убрать тут все. Жара на улице. Не приведи боги, болезни начнутся.

— Да! — Гарибальд оглядел окружающую его безрадостную картину. — Хорошо тут авары прошлись. От города едва четверть осталось. И стены теперь чинить надо…

— Я новую столицу строить буду, — удивил герцога словенский князь. — Тут крепость останется и небольшой городок около торга.

А вся жизнь, брат, на востоке будет, ближе к Константинополю. Оттуда товары в Галлию пойдут. Через мои земли и через твои. Ты, Гарибальд, вообще представляешь, о каких деньгах идет речь? Да ты на одних пошлинах обогатишься.

— Ты это о чем? — раскрыл рот Гарибальд. — Ты что, новые земли под себя будешь забирать и там город ставить? Где? Когда?

— Там, где Морава впадает в Дунай, — пояснил Само. — Двести миль на восток. Через три года начну строить. Раньше не смогу, надо еще много дел закончить.